«Ко мне приводят малышей, у которых молочные зубы буквально изъедены кариесом, — вздыхает Кен. — Приходится удалять. Детей пичкают сластями, чтобы не шумели в церкви. Их поят сладкой водой. Они едят жирные американские продукты. У них дефицит кальция и витамина А. Половина девочек-подростков тучные. Дети больны. Им ампутируют ноги. Ребятишки умирают. Но к этому все привыкли. Стиль жизни очень трудно изменить».
Ожирение на Косрае кажется всеобщим, но впечатление меркнет по сравнению с ситуацией в Науру — крошечной островной республике, расположенной в нескольких сотнях километров на юго-восток. Миллионы лет птицы миллиардами гнездились на небольшом атолле, и тонны их помета — гуано, — просачиваясь сквозь коралл, за века превратились в плотный бесцветный камень, на 85 % состоящий из фосфата. Несколько десятилетий назад фосфоритовые месторождения стали разрабатывать, и островок так сказочно разбогател, что получил у немногих знающих о нем прозвище «тихоокеанский Кувейт». Доходы от фосфоритовых залежей сделали рыбную ловлю бесперспективной, а на пахотных землях, и без того не слишком обширных, разместили техническое оборудование. О сельском хозяйстве и рыболовстве на острове практически забыли. Жители Науру потребляют почти исключительно импортное съестное, привозные безалкогольные напитки и пиво. Богатство подарило населению японские телевизоры, немецкие автомобили повышенной комфортности и австралийское свиное филе, а также худшее, что есть в американской кухне, — консервированные продукты с высоким содержанием жира, соли и сахара. Теперь Науру прочно удерживает мировой рекорд по заболеваемости сахарным диабетом и подагрой, а средняя продолжительность жизни здесь — 55 лет.
Еще остров славится злобностью своих собак и неприветливостью обитателей. На Косрае я познакомилась с музейным работником из Германии, экспертом по культуре Южно-Тихоокеанского региона. Профессиональный интерес привел его в Науру, где он собирался провести примерно неделю, но улетел на следующее по прибытии утро. Музейщик объясняет изменение планов тем, что испугался местных псов, но еще больше — людей: «Они оказались такими агрессивными! И к тому же пугающе толстыми».
Полвека назад островитян с Науру легко было принять за худощавых в большинстве своем жителей Кирибати — архипелага из 33 маленьких островов, рассыпанных по водной глади с запада на восток почти на пять сотен километров, словно какое-то морское созвездие. Тут жил Роберт Луис Стивенсон, который описал здешние «дни слепящего солнца и бодрящего ветра, ночи блаженной ясности». Острова Кирибати по-прежнему потрясающе красивы, но это и одно из самых бедных мест на земле. На всем архипелаге считанное число автомобилей; впрочем, больше и не надо, так как только на двух островах проложены сносные дороги, да и те малой протяженности. Население питается рыбой, тыквой, плодами папайи и хлебного дерева, рисом. Оно известно дружелюбием, гостеприимством и традиционностью своего быта. Инфекционные заболевания встречаются на Кирибати в целом реже, чем на любой другой территории Южно-Тихоокеанского региона. Совершенно иную картину можно наблюдать на острове Науру.
Изучая состояние здоровья жителей тихоокеанских островов, исследователи примерно десять лет назад отметили бурный рост болезней, развитие которых связано с питанием. В 1994 г. при поддержке центров контроля и профилактики заболеваний США в Федеративных Штатах Микронезии был осуществлен систематический скрининг. Руководил этим мероприятием Стив Ауэрбах, эпидемиолог с Манхэттена, служащий Министерства здравоохранения США. С 1991 по 1994 г. он постоянно работал в Микронезии, а сейчас вместе со мной приехал на Косрае, чтобы, используя имеющиеся связи, добиться полных и объективных сведений. Стива на острове уважают и ценят, помня его бескорыстную заботу о местных жителях. Как-никак он первым дал знать населению об опасной вспышке незаразных болезней и попытался обозначить некоторые пути их предотвращения. Тогдашний скрининг обнаружил и то, на что позже обратил внимание Кен Миклос: из-за дефицита витамина А у многих здешних детей ослаблен иммунитет, что увеличивает вероятность респираторных заболеваний. Ауэрбах посоветовал активней включать в рацион подрастающего поколения плоды папайи и манго, но вопреки усилиям медицинских работников этого не произошло: дары тропических растений по-прежнему используются на Косрае главным образом как корм для свиней.