Остановился на последнем варианте и не потому, что там была большая сумма, а потому, что сделка осуществлялась через бартер. Героин менялся на скупленные по дешевке, корсиканской мафией, левые южно-африканские алмазы. Если их положить в ячейку банка лет на 5-10, то больше не нужно заботится о судьбе капитала.
Обмен происходил на борту яхты по простой, но надежной схеме: в условленном месте яхта ложилась в дрейф, как бы на рыбную ловлю. Лоцировала окрестности и убедившись в безопасности, подавала сигнал продавцам героина. Скоростной катер подходил в течении пяти — семи минут и у борта яхта совершалась сделка. Проходило не более десяти минут от подачи сигнала и все разбегались. Вот в эти пять минут ожидания катера и необходимо было все провернуть. Жестко по времени, но возможно.
Разместить жучок в рубке яхты оказалось не сложно. Капитан яхты был педант и чистюля. А из всех фланирующих по причалу, в поисках случайного заработка оборванцев, я оказался единственным трезвым. Случайно, естественно. И уже через тридцать минут, отдраив рубку, получил за работу десяток франков.
Ночью, в гидрокостюме и с аквалангом, оборудовал зацепы на днище яхты и спрятался на ночевку под пирсом. Удобно разместившись в гамаке, прикрепленном к сваям.
За десять минут до отхода я уже закрепился под днищем яхты, через тридцать минут яхта была в нужном квадрате, а еще через пятнадцать минут, с яхты подали сигнал катеру.
Дальше все было незатейливо и просто. На такую операцию толпой не ходят: два телохранителя совмещающие охрану шефа с работой палубных матросов, помощник и босс стояли у борта, как на параде, ожидая катер с наркотой. А я забрался с противоположного борта в рубку, к капитану стоящему у штурвала. Его по тихому снял ножом, а шести пуль в ПСС, хватило на четырех мафиозо. Взял мешочек с алмазами и в воду, когда уже был в 150 метрах от яхты, к ней причалил катер и тут же ушел на полной скорости к берегу. На пустынном берегу выбрался уже без подводного оборудования, за то с мешочком алмазов и одеждой в непромокаемом пакете, весна все таки, не лето. Пистолет припрятал на берегу, не профессионально, но иногда я доверяю своему неправильному подсознанию.
Теперь нужно было решить задачу, более сложную чем грабеж с мокрухой: безопасно пристроить награбленное и очень желательно не в «одну корзину». А так же придумать, как помочь родным, продержаться в наступающие тяжелые времена. То что они наступят и рядовые советские люди к ним будут не готовы, я не сомневался.
Был у меня на примете один «серый» скупщик, чуравшийся явной грязи и тяготившийся средой обитания. На воспитании у него была внучка семнадцати лет, сплошной кошмар из смеси клоунады и эпатажа. Он явно хотел покинуть припортовый район Марселя, дистанцировав родную кровь от ее нынешних друзей приятелей. И сделка со мной, могла помочь ему решить этот вопрос кардинально. О чем я ему и намекнул в телефонном разговоре, назначив на сегодня встречу в кафе-бистро.
Но «человек предполагает, а судьба располагает». Мишель опаздывал уже на 15 минут, что абсолютно не соответствовало ни его имиджу, ни его деликатному ремеслу. Я бы давно ушел, но гарсон задержался с заказом и я не смог отказаться от говядины по-бургундски.
Уже заканчивал с поздним завтраком, как подошел Мишель, очень сильно нервничающий, что тоже не было похоже на всегда ровного в общении барыгу.
— Так, рассказывай и быстро, — сразу надавил на него я, внимательно оглядывая бистро и улицу за окнами. Ничего подозрительного не заметил. То ли мой напор сыграл свою роль, то ли он просто желал снять внутреннее напряжение:
— Похитили внучку, требуют выкуп. Собрал все, что, где и у кого возможно и то не хватает. Извини, сделка отменяется.
— Так, давай с самого начала и подробно.
— Тебе это зачем?
— Ты мой напарник по сделке и я не приучен отказываться от своих напарников и своих сделок.
— Что то мне это напоминает: снег, морозы, медведей…
— Ближе к телу, как говорил ваш литературный гений. Или у тебя вечность времени?
— Она пропала четверо суток назад, вчера в обед подкинули записку с требованием быть сегодня в 18.00 в Саде руин с миллионом франков. Ко мне подойдут.
— Покажи записку.
Прочитав записку, я понял, что писал ее араб.
— Это все чепуха, тебя будут гонять по всему Марселю, пока не грохнут. А внучку продадут берберам в Марокко. Сколько денег собрал?