11 глава
Бри
На следующий день я спешно шла по подъездной дорожке Арчера, кусая губу. За домом я слышала какие-то звуки, будто бьют камень о камень. Я обошла дом и заметила Арчера. Он был без рубашки, стоял на четвереньках и укладывал камни в нечто похожее на боковую террасу.
— Привет, — мягко сказала я.
Он резко поднял голову. Он выглядел немного удивлением, но... довольным? Может быть. Он точно не был самым понятным человеком, особенно когда я не могла рассмотреть его лица под бородой и растительностью, спадавшей на лоб и щеки.
Арчер кивнул и поднял руку, показывая на большой валун справа от его постройки, и вернулся к работе.
Я ушла из закусочной в два, съездила домой, быстро приняла душ, села на велосипед и приехала к Арчеру. Я оставила Фиби с Энни, потому что не была уверена, можно ли уже другим собакам находиться рядом со щенками или еще нет.
Когда я подъехала к воротам Арчера, то не смогла сдержать улыбку, которая расплылась на моем лице при виде полуоткрытых ворот.
Я подошла к валуну, на который он показал, присела на него. Минуту я молча смотрела на него.
Очевидно, в свободное время он был каменщиком. Должно быть, он сам выложил камнями подъездную дорожку и парадное крыльцо. Этот парень был полон сюрпризов. Я не могла не заметить, как двигаются его бицепсы, когда он поднимает камень и укладывает его на положенное место. Неудивительно, что его тело было таким рельефным и подтянутым. Он только и делал, что работал.
— Хорошо, я составила список, — сказала я, глядя на него и усаживаясь повыше и поудобнее на большой валун.
Арчер посмотрел на меня, поднял брови.
Я использовала голос, чтобы он мог продолжать работу без необходимости смотреть на меня.
Но он сел на корточки, положил руки в перчатках на свои мускулистые бедра и посмотрел на меня. Он был одет в выцветшие рабочие штаны, наколенники и рабочие сапоги. Его обнаженная грудь была загорелой. На ней блестела дорожка капелек пота.
«Список?» — спросил он.
Я кивнула, оставляя лист на коленках.
«Имен. Для щенков».
Он наклонился голову набок:
«Хорошо».
«Значит так, можешь возражать. Это же твои собаки, и все такое, но я думаю, что Иван Гранит, Хоук Стравински и Оксана Хаммер беспроигрышные варианты».
Он уставился на меня. Затем с его лицом произошло что-то удивительное. На нем расплылась улыбка.
У меня перехватило дыхание, и я в изумлении уставилась на него.
«Тебе нравится?» — наконец спросила я.
«Да, мне нравится», — сказал он.
Я кивнула. Легкая улыбка озарила мое лицо. Хорошо.
Я еще чуть-чуть посидела там, наслаждаясь солнцем и его присутствием, наблюдая за тем, как он работает. Его сильное тело передвигало камни, укладывало их туда, куда он хотел.
Несколько раз он поднимал глаза на меня и смотрел с робкой улыбкой. Мы особо не разговаривали после этого, но тишина была уютной, ненапряженной.
Наконец, я встала и сказала:
— Мне пора, Арчер. У моей соседки Энни назначена встреча, и мне нужно забрать Фиби.
Арчер тоже встал, вытер руки о штаны и кивнул.
«Спасибо тебе», — сказал он.
Я улыбнулась, кивнула и пошла к воротам. Я ехала домой с едва уловимой счастливой улыбкой на лице.
***
Два дня спустя я возвращалась с маленького пляжа у озера. Когда я проезжала мимо дома Арчера, ворота снова были слегка приоткрыты. Пока я слезала с велосипеда, по позвоночнику пробежала дрожь. Я позволила себе войти и с Фиби на руках прошла вдоль подъездной дорожки.
Я постучала в дверь, но ответа не последовало. Тогда я пошла на звуки собачьего лая, которые доносились со стороны озера. Когда я пробиралась сквозь деревья, то на берегу заметила Арчера и Китти. Я пошла ему навстречу. Когда он заметил меня, то одарил меня маленькой, застенчивой улыбкой и жестами сказал:
«Привет».
Я улыбнулась, глядя на него и прищурившись от яркого солнца. Я поставила Фиби на землю и сказала:
«Привет».
Несколько минут мы гуляли вдоль берега в уютном молчании. Чем больше времени мы проводили вместе, даже молча, тем комфортнее я чувствовала себя рядом с ним. Я чувствовала, что ему тоже становилось комфортно в моем присутствии.
Арчер поднял камешек с земли и запустил его в озеро. Он снова и снова подпрыгивал по воде, едва касаясь безмятежной поверхности озера. Я рассмеялась.