Я села в машину и поехала домой.
***
Вернувшись домой, я быстро вымылась под душем, надела бледно-желтые льняные шорты и мою любимую белую майку. Я подсушила волосы и собрала их сзади, оставив пару прядей свободно обрамлять лицо. Я задержалась на пару минут у зеркала. Мне хотелось выглядеть хорошо для Арчера, и сама мысль о том, что я проведу время с ним, вызывала во мне трепет.
Через двадцать минут Фиби и я подъехали к открытым воротам дома Арчера, въехали внутрь, и я закрыла ворота за нами.
Как обычно, Фиби понеслась через весь двор искать Кити и щенят, которые теперь следовали за ней по пятам. Я улыбнулась сама себе, подумав, что хотела бы встретить дядю Нейтом.
Арчер вышел из дома и улыбнулся мне, и я расплылась в улыбке, пока шла навстречу ему. Пожалуй, мне понадобится еще время, чтобы привыкнуть к его новому облику. Боже, он выглядел великолепно. Конечно, его одежда была странновата для двадцатилетнего парня. Постойте, а сколько Арчеру лет?
Когда нас разделяло лишь несколько метров, я спросила:
«А сколько тебе лет?»
Он смутился на мгновение, потом отвел взгляд в сторону и, будто посчитав, ответил:
«Двадцать три».
Я остановилась и нахмурилась.
«Почему тебя это смутило?»
Он легонько тряхнул головой.
«Дядя Нейт не отмечал дни рождения, поэтому я иногда забываю, сколько мне лет. Мой день рождения второго декабря».
Я не знала, что и ответить. Никто не праздновал его дни рождения? Все эти годы? Может, в этом и не было ничего особенного, но мое сердце сжалось от боли.
«Мне так жаль, Арчер», — сказала я и подошла к нему.
Он пожал плечами.
«Пойдем в дом?»
Я кивнула в ответ.
«Кстати, — сказала я, заходя за ним в дом, — не знаешь, что случилось с расшатавшейся ступенькой у меня на крыльце?»
Когда я вернулась домой сегодня, она уже не шаталась. Джордж Конник вряд ли мог узнать об этом. Я ему не звонила. И последним, кто поднимался ко мне на крыльцо, был Арчер.
Он развернулся и посмотрел на меня.
«Она опасно шаталась, и я сходил и починил ее. Это заняло всего лишь несколько минут».
Я прошептала:
«Спасибо, что позаботился обо мне».
Боже, этот человек... Просто невозможно быть таким милым.
Он просто кивнул, будто это было в порядке вещей.
Мы вошли в дом, и он взял меня за руку и усадил рядом с собой на диван. В ожидании я посмотрела на него. Было так странно видеть перед собой этого большого, красивого мужчину, телу которого позавидовали бы многие, смущенным и не находящим себе места. Мое сердце забилось сильнее, и меня бросило в жар. Он выглядел немного неуверенно, но, вздохнув, произнес:
«Так вот вчера…»
«Арчер, — я перебила его, — не нужно ничего объяснять, я понимаю».
«Нет, ты не понимаешь», — перебил он меня в ответ. Он взъерошил рукой свою новую короткую стрижку.
«Бри, я не очень... — Он вздохнул и заскрипел зубами. — Я не очень опытен во всем этом».
Его глаза впились в мои, сияя от возбуждения. И я почувствовала это возбуждение между бедрами. Мое тело реагировало на него, хотела я этого или нет.
«Могу я спросить тебя о кое о чем?» — сказал он, и его скулы покрылись красными пятнами. Боже, до чего же он был красив.
«Спрашивай что угодно».
«Вчера ты хотела меня поцеловать? Ты хотела, чтобы я прикоснулся к тебе?» — Он замер в ожидании моего ответа, словно вся жизнь зависела от него.
«Да», — ни секунды не сомневаясь, ответила я. Раньше я играла в игры с парнями. Я флиртовала с ними, строила из себя недотрогу, но с Арчером у меня не было сомнений. Я могла быть абсолютно честна с ним. Я бы никогда намеренно не причинила боль этому красивому чувствительному мужчине, ранив его больше, чем он уже был ранен.
Он громко выдохнул.
«Я хотел поцеловать тебя, прикоснуться к тебе. Я просто не знал, хотела ли ты того же».
Я улыбнулась, посмотрев на него сквозь ресницы.
«Арчер»,— сказала я и приложила его руку к своей груди там, где бешено билось сердце.
— Ты чувствуешь? — прошептала я голосом, так как мои руки прижимали его руку. — Вот что ты делаешь со мной. Мое сердце колотится оттого, что я так сильно хочу поцеловать тебя, что еле дышу.
Его глаза расширились, а зрачки стали такими большими, что золотисто-карие глаза казались темно-карими. Что-то практически осязаемое промелькнуло между нами. Он переводил взгляд от моих глаз к моим губам и обратно. Я не двигалась, понимая, что сейчас ему важно быть первым. Я сидела неподвижно, мои глаза нашли его рот. Он облизал свои губы, и это движение, будто разряд электричества, отозвалось у меня между ног. Я свела их вместе, пытаясь сдержать нарастающее желание.