И я могу пройти мимо чего угодно, но вот что больше всего ненавижу, так это когда обижают тех, кто заступиться за себя не может, тем более группой. Так что решение было принято за секунды: выскочив, я схватила парня за левую руку и резко вывернула ее ему за спину, заставив согнуться и закричать от боли. Нет, не сломала, но прием довольно болезненный, и на какое-то время его дезориентирует.
Его друг отвлекся и уставился на нас. Стоило ему услышать очередной болезненный вскрик, как его лицо исказила гримаса ярости, и он прошипел:
– Ты что творишь?! А ну пошла вон отсюда!
По правде сказать, я даже не растерялась – угрозы перестали действовать на меня давно и основательно. Но парня, державшего девушку, нужно было остановить, а рычаг давления буквально находился у меня в руках. Не выражая никаких эмоций, потянула руку парня вверх, вызвав очередной болезненный вскрик, и, едва он замолчал, переходя на тяжелое дыхание из-за испытываемых эмоциональных спадов, спокойно сказала:
– Или убираешься отсюда, или сломаю ему руку.
И вот я бы спросила себя: и чем я думала в этот момент?
Но правда в том, что в этот момент я не думала совершенно. Вернее, я чувствовала, как сокращаются мышцы на руках бедолаги, как он дергается, пытаясь высвободиться. Чувствовала, как боль простреливает его каждый раз, когда я сдвигаю его руку выше.
И я хотела остановить это.
С силой
They call me a menace, they say that I'm cursed
Меня называют угрозой, говорят, что я проклята,
But somethin' about me is makin' 'em jealous so listen and learn
Но чему-то во мне они всё-таки завидуют, поэтому слушай и внимай.
I can smell your fear the only reason that I'm here
Я чую твой страх, и я здесь лишь, затем
Is to wreak havoc
Чтобы чинить разгром.
Средняя школы была довольно трудным испытанием для меня: из веселого, общительного, пускай и своенравного ребенка, которым меня знали в начальной школе, я превратилась в озлобленную фурию. А вы знаете, что собой представляет средняя школа? Это зоопарк, в котором диких необузданных зверей разного вида посадили в одну клетку для общей дрессировки. И в этом зоопарке нужно как-то выживать. Именно в средней дети учатся главному принципу: или ты, или тебя. Кто-то не находит в себе сил быть собой, не видит смысла, имеет другие интересы. Кто-то ломается под давлением общества, превращается в массы. Кто-то решает быть лидером, и в конечном итоге учится манипулировать людьми так, что они возводят его как собственный идеал. А кто-то попросту старается жить так, как этого хочется ему, и не позволяет окружающим «прогнуть» его.
Кем была я? Не могу сказать, что уверена. Я искренне верила, что все мои поступки были лишь во благо, и никто не сможет осудить меня за неподобающее поведение. Но, оказалось, что язвительно отвечать на любые выпады в свою сторону, доводить собеседника до состояния бешенства и вступать в драку является признаком затаенной агрессии.
По правде говоря, в моей прежней школе не обращали внимания на подобные вещи. Ее стены видели заговоры, драки, разборки и склоки различных характеров. Потому родители узнали обо всем относительно поздно… Им удалось избежать административного наказания с внесением в личное дело, а взамен я должна была пойти к школьному психологу.
Так я оказалась у психолога в первый раз.
Со временем и помощью я научилась с этим справляться. Мне больше не нужно было защищаться – по крайней мере, не физически. Однако склонность к копролалии не оставила меня до сих пор. Словами я могла «уничтожить» противника так, что сил на поединок у него не оставалось. Все-таки правду говорят, сарказм – это искусство, которым надо овладеть. У меня вышло.
Но бывают такие ситуации, в которых сарказмом не справишься. Как, например, эта: двое парней, значительно превосходящих меня по силе. Ввязываться в драку смысла никакого нет: я же не Чудо – Женщина, не обладаю силой раскидывать противников направо и налево. Посему действовать нужно было быстро и с умом, используя три весомых аргумента на моей стороне: фактор неожиданности, болевой порог попавшего мне в руки «заложника» и степень их сплоченности.