— И что это должно значить?
В разговор вступил Торч:
— О, это он так разговаривает. Других слов бедняга просто не знает.
— Хорошо, — незнакомец произнес это слово протяжно, и сделал выразительную паузу, словно в разговоре с ребенком, — Но что он этим хочет сказать? — взгляд новоявленного начальника Бафа зацепился за Дабса, — Эй, парень! Это вроде как твой друг? Ты не подскажешь, чего ему надо?
Дарси ухмыльнулся:
— Ну, вообще-то я не знаю, но на его месте я бы поинтересовался, что надо вам…
— Ааа… Это я как-то упустил из виду, — металлические зубы сверкнули, когда мужчина весело улыбнулся, — Ну, что ж, Баф… Мы: я, мой друг в доспехах и прочие наши товарищи-караванщики, — путешествуем и направляемся к самому Порубежью. Мы везем с собой множество товаров на продажу. Но у нас мало людей. И мы хотим, чтобы ты пошел с нами. Тебя будут кормить и защищать. Тебе выдадут нормальную одежду. А по окончанию путешествия ты получишь небольшую оплату. Конечно, формально, я уже заплатил, погасив твой долг перед этим почтенным господином и этим мерзким городом. Но все же, я считаю, что человек должен понимать, ради чего он работает. Так что в конце путешествия тебя ждет небольшая награда, ну, и свобода делать абсолютно все, что тебе захочется делать. Ну, так как? Согласен?
Дарси не ожидал, что Баф хоть как-то отреагирует, но ошибся. Великан очень медленно повел подбородком вниз, а затем в сторону, словно не решил еще — кивнуть или покачать головой. В голубых глазах появилось осмысленное выражение.
— Мне нечего добавить, парень, решай быстрей.
— Да не стоит волноваться. Он просто упрямится! — Торчес, явно переживающий за успех сделки, натянуто улыбнулся, — Упрямому бычку иногда нужна хорошая веревка, и он сразу пойдет за своим хозяином.
В этот раз в оскале караванщика четко ощущалась угроза:
— Возможно, именно так ты и ведешь здесь дела, но этот парень пойдет за мной по своей воле, или не пойдет совсем.
И в этот момент Баф кивнул. Движение невозможно было спутать. Торч облегченно выдохнул. Караванщик же отвернулся от надзирателя и широко улыбнулся:
— Я рад, что мы поняли друг друга, парень. Еще пару таких молодцов, и у нас бы не было проблем.
— Что ж, одного вы можете найти прямо здесь! — эти слова приковали к Дарси внимание всех присутствующих. Человек с железными зубами, суровый воин, Торч, Баф, носильщики из бригады — все смотрели на Дарси, когда прозвучал другой голос.
— Двух! — и это был голос Грюнера.
Торч изменился в лице. Караванщик весело хохотнул:
— Похоже, твои люди не желают больше быть бычками, почтенный! Готов уступить мне их долги?
Торчес прохрипел нечто нечленораздельное, шагнул вперед, и с неожиданной силой схватил Дабса за грудки. На лбу у коротышки вздулись вены, а глаза налились кровью:
— Ты что делаешь?!
— А ты не понимаешь? — Дарси смотрел на Торча с каким-то отрешенным интересом, не испытывая почти никаких эмоций, кроме брезгливости. Тем временем надзиратель начал очень быстро говорить.
— Это ты не понимаешь! Шархово семя! Ты не понимаешь! Я ведь предупреждал тебя насчет последствий. Предупреждал? Так вот: все уже решено. Я нашел самый лучший выход. Твой друг отправится с ними и все будет в порядке! В порядке! А ты успокойся, сейчас же! Или будет хуже. Я все еще даю тебе последний шанс, последний шанс изменить твою жизнь! Ну же, подумай головой, парень!
— Я подумал, Торч — и я не стану надзирателем, — Дарси выстрелил этим прямо в лицо коротышке и хватка стала слабее, — Я не смогу спокойно продать человека. Я не могу и не хочу каждый день делать то, что делаешь ты. Жить, как ты. Решать проблемы, как ты. Так что отпусти меня. Прости, но я тебе не нужен. Ты найдешь другого надзирателя с легкостью.
Торч отшатнулся, словно ему врезали по морде, вытер пот тыльной стороной ладони, оправил одежду. Когда надзиратель вновь открыл рот, его голос был уже совсем другим:
— Я не отпущу вас. Потерю трех работников мне не простят.
— Ты получишь за нас хорошую цену — раза в два больше, чем то, что мы должны городу. К тому же завтра у тебя появятся новые подчиненные.
— Нет, — Торчес хотел было развернуться, но Дабс положил ему руку на плечо и удержал.
— Пожалуйста, Торчес. Я ведь спас тебе жизнь.
Коротышка не сказал ни слова, но по его изменившемуся лицу Дарси понял, что сейчас надзиратель разрывается между долгом, честью и желанием наживы. Глаза толстяка бегали из стороны в сторону, но он ни разу не посмотрел на самого Дабса. В конце концов коротышка пришел к какому-то выводу. Прежде чем отвернуться, Торчес тихо произнес:
— Ты такой идиот, парень…
Впрочем, эта фраза была скорее прощанием, ибо уже через секунду голос надзирателя ревел в полную силу:
— По два золотых за каждого!
— Но эти же не такие гиганты, почтенный…
— Зато с головой дружат.
— Слишком много, честное слово!
— Я могу и отказаться от сделки.
— Ладно, почтеннейший. Три золотых за двоих.
— Договорились!
— Что ж, тогда давайте разберемся с бумагами и покончим с этим.
Торги завершились так быстро, что Дарси даже не сразу поверил произошедшему. И, тем не менее, уже через минуту караванщик достал свой кошель и выудил оттуда три золотых монеты. Еще через несколько мгновений гриффиты исчезли в кармане у Торчеса. Надзиратель сходил на склад и вскоре вернулся с листком бумаги, который новый наниматель, придирчиво осмотрев, запихнул себе за пазуху, на чем сделка и завершилась. Торч бросил на теперь уже бывшего подчиненного короткий взгляд, когда проходил мимо, и в этом взгляде было столько эмоций, что Дабс даже почувствовал себя виноватым, но лишь на одно мгновение. Он ухватил коротышку за плечо и быстро проговорил:
— Спасибо.
Торчес едва заметно кивнул и молча двинулся к застывшему строю носильщиков. А троих друзей уже ждал заметно повеселевший караванщик. На металлических зубах играли отблески света, мужчина довольно потирал руки, отчего многочисленные кольца негромко стучали друг о друга.
— Друзья, я очень рад, что вы решили присоединиться к нашей экспедиции. Надеюсь, вы обойдетесь без длительных прощаний. Надо торопиться, потому что у меня еще осталось множество важных дел перед отъездом.
На этом приветственная часть закончилась, и караванщик со своим охранником развернулись, не оставляя бывшим носильщикам иного выбора, кроме как последовать за своими проводниками.
Дарси посмотрел направо, где счастливой глыбой застыл Баф. В глазах громилы светилось столько неподдельного восторга, что настроение мгновенно улучшилось, а все тяжелые мысли отступили на второй план. Грюнер стоял слева и лишь кивнул другу, но было ясно, что бородач не сомневается в принятом решении. Ну, что ж, по крайней мере, друзья рядом. И какая-то цель впереди. А в том, что сейчас произошло, Дабс обязательно разберется, но позже, когда на это появится время. Пока же надо было хотя бы понять, во что они ввязались.
Дарси, не оборачиваясь, двинулся следом за новым нанимателем. За ним потопали двое друзей. И лишь когда они уже миновали двор и вышли на улицу, Дабс бросил последний взгляд на своих бывших товарищей по несчастью, которые уже начинали поднимать брошенные на землю телеги и носилки. Посреди высоких фигур почти затерялась низенькая фигурка надзирателя, который втолковывал что-то одному из новичков. Кажется, он обернулся и посмотрел вслед удаляющейся троице, а может Дарси просто показалось.
Они нагнали караванщика и его закованного в доспехи охранника на ближайшем углу, где те слегка притормозили в ожидании отстающих. Свежеиспеченный начальник по-прежнему улыбался, хотя вся его поза выражала крайнее нетерпение:
— Быстрее, быстрее, друзья! Пусть прошлое не липнет к вашим подошвам! — караванщик хрипло захохотал и ускорил шаг, но через пару секунд вновь обернулся и, по-прежнему довольно сверкая зубами, добавил, — Да, кстати, меня зовут Гарибальдо Эрвис, и я рад с вами познакомиться!
Караван расположился на постой в трактире под названием «Посох Странника», в квартале Ремесленников. Одно только расположение постоялого двора уже говорило о нем многом. Самые известные заведения Рэты были сосредоточены в центре города, и почти все они находились в районе Торговцев. А Посох Странника располагался всего в двух минутах ходьбы от Северных Врат, в Ремесленном районе. Двухэтажное здание с грязной табличкой ничем не выделялось среди окружающих его домов, и если бы Дабс искал себе комнату на ночь, он бы обязательно прошел мимо, попросту не заметив трактир.