В главном зале было довольно мрачно. Дневной свет, проходя сквозь небольшие оконца, вырывал из полутьмы отдельные участки. Стол с лавкой, толстое бревно, служившее опорой для потолочных балок, старый шлем на стене. Дальний угол, где окон не было вовсе, кое-как освещал закопченный камин. Там, за массивным столом, сидела небольшая компания. При появлении Гарибальдо и его спутников, все сразу же перестали болтать и уставились на вошедших. Один из незнакомцев отставил массивную кружку и поднялся на ноги. Человек был высоким и мускулистым, но с внушительным брюшком, его густые черные волосы были собраны в косичку, а короткая борода аккуратно расчесана. Перенося ногу через лавку, он едва не упал, да и в том, как мужчина пересекал зал, чувствовалась изрядная порция выпитого эля.
— Барнабус, я чувствую, ты уже серьезно уменьшил запасы нашего гостеприимного хозяина.
— Этот гостеприимный хозяин, шарха ему в зад, на три кружки своей бурды тратит только две порции выпивки. Я что, похож на человека, который соскучился по воде?! — могучий рев Барнабуса прокатился по залу, вызвав движение за темной стойкой в углу. Из густых теней появился субъект, доселе остававшийся незамеченным. Хозяин «Посоха» оказался невысоким худым человеком с жесткими длинными усами и неприятной улыбкой. Он заискивающе поклонился Гарибальдо и, глядя на разгоряченного Барнабуса, быстро запричитал:
— О, поверьте, я бы никогда не обидел таких дорогих гостей. Никогда, нет! По всей видимости, это мой поставщик решил обвести бедного старого трактирщика вокруг пальца. Да! Я ведь не пью, и оттого не знаю, какого качества эль. Разбавленный? Какой стыд! А ведь я покупаю у него уже третью партию! Решил обмануть меня, шархово пузо!
— Да что за трактирщик не пробует свой собственный эль?! — Барнабус продолжал грохотать. Похоже, злость помогала этому человеку удерживать себя на подкашивающихся ногах.
— К моему большому сожалению, к моему огромному сожалению, господин! Завтра здесь будет лучший эль в городе. Обещаю!
— Завтра нас здесь уже не будет, почтенный, — Гарибальдо широко улыбнулся трактирщику, — Думаю, мои люди удовлетворятся тем элем, который у вас есть, но раз он разбавлен, его стоимость должна быть ниже, не так ли?
— Но…
— Но? Все убытки вы сможете компенсировать за счет своего поставщика. Тот, кто разбавляет эль, должен за это заплатить. Так?
Хозяин трактира замялся под взглядом двух собеседников. С дельца слетело показное добродушие, и он неохотно пробурчал:
— Четыре монеты за кружку.
— Четыре монеты?! Да вы шутите, почтеннейший! За эту цену я куплю лучший эль в этом городе!
— Четыре монеты! Я покупал за четыре, и продавать дешевле не могу.
— Вряд ли вы покупали эль кружками, почтенный. Чаще всего он продается бочками. К тому же, вы с лихвой возместите свои убытки у своего поставщика. Вот, что я предлагаю: три монеты, и я заплачу вам еще за троих моих людей, которых вы разместите у себя сейчас, словно они прибыли с остальными вчера. По рукам? — Гарибальдо нацепил на лицо радушную улыбку.
Барнабус икнул и сурово уставился на трактирщика. Щуплый хозяин заведения пригладил усы и нехотя кивнул:
— Будь по-вашему. Но это только ради поддержания моей репутации.
— Конечно же, ради нее. Хорошо, что мы друг друга поняли. А сейчас накормите моих людей. Вы ведь голодны? — последний вопрос Гарибальдо был задан Дабсу и его друзьям.
Дарси кивнул. Хозяин еще раз сверкнул глазами и вновь спрятался за свою стойку.
— Ну, и отлично! Кстати, Барнабус, познакомься — твои новые подчиненные.
— Угу, — красные глаза мужчины остановились на Дарси, — Понял.
— Прекрасно. Давайте присядем, не люблю разговаривать стоя.
Люди за столом потеснились, освободив пару лавок для прибывшей четверки. Охранника рядом с Гарибальдо уже не было, он оставил группу еще во дворе, присоединившись к двум воинам в точно таких же доспехах, как и у него. Судя по всему, в трактире караванщику с увесистым мешком золотых было нечего опасаться. Гарибальдо вольготно уселся напротив своих новых подчиненных, рядом с ним, едва не опрокинув несколько кружек, тяжело бухнулся на скамью Барнабус. Его огромная ручища тут же потянулась за оставленной порцией эля, и он жадно присосался к выпивке. По бороде скатилось несколько капель. Барнабус довольно крякнул и утерся ладонью:
— Трактирщик, еще пойла! А то в горле сохнет!
Гарибальдо улыбнулся:
— Похоже, я сделал правильный выбор и сократил верную статью расходов. Ты один способен выпить не меньше бочки, мой друг.
— Бочки? Да там одна вода. Чтобы хоть малость напиться, одной бочки будет недостаточно.
— Я не буду делать тебе поблажек из-за твоего похмелья, Барнабус.
— Можно подумать, вы хоть раз сделали.
— Ты прав. И не собираюсь начинать. К вам это тоже относится! — Гарибальдо выразительно глянул на троицу новобранцев, — И, да, пока вам не принесли изыски местной кухни, давайте-ка проясним несколько моментов, — караванщик вытащил из-за пазухи сложенный листок, полученный от Торчеса, развернул бумагу и нахмурился, стараясь в слабом свете камина разобрать написанное.
— Итак, Дариан Дабс?
— Это я.
Гарибальдо поднял глаза на Дарси и кивнул.
— Хорошо. Следующий… Не могу разобрать… У этого вашего надсмотрщика отвратительный почерк. Грюнер… Пикс? Ликс?
— Тикс. Грюнер Тикс, господин.
Дарси бросил на бородача удивленный взгляд: за все время их общения, он впервые услышал фамилию друга. Гарибальдо кивнул и посмотрел на Бафа.
— Ну, а с тобой, здоровяк, мы уже знакомы. Здесь не указана фамилия. Полагаю, вы ее тоже не знаете?
Друзья отрицательно замотали головами.
— Так я и думал. Ну, что ж. Дариан, Грюнер, Баф, добро пожаловать в караван достопочтенного Мастера Форлина. Я — его старший помощник Гарибальдо Эрвис. А этот ненасытный господин — Барнабус Фин. Ваш непосредственный начальник. Да, кстати, Барни, пока не забыл — закажи у трактирщика бочку воды: пусть парни помоются. И еще, напротив — лавка портного, купи им нормальную чистую одежду. Я не хочу, чтобы от моих работников воняло.
— Сделаю, — пробасил новый начальник.
— Удалось еще кого-то найти?
— Двоих, господин. Подойдут позже, у них остались какие-то дела в городе.
— Ну, что ж, не так плохо. Отправь их ко мне, когда подойдут.
С кухни донесся звон посуды и в зале появился тяжело нагруженный мальчишка. Он аккуратно обогнул расставленные вокруг лавки и взгромоздил на стол поднос, уставленный посудой. Барнабус сразу же схватил полную кружку и жадно к ней присосался. Гарибальдо ухмыльнулся и подвинул к себе большую тарелку с рагу.
Друзьям досталось по миске разваренной похлебки со скудным количеством мяса и по кружке невозможно разбавленного эля. Впрочем, после диеты, к которой бывших носильщиков приучила Грента, Дарси был просто вне себя от счастья. Его даже слегка развезло от выпивки, так что в голове стоял благостный туман, который нарушала лишь одна настойчивая мысль, никак не дающая покоя. Что-то, что он услышал буквально недавно…
— Господин Гарибальдо, вы сказали трактирщику, что завтра нас здесь не будет — это значит…
— Мы отправляемся на рассвете, вот что это значит, — Барнабус ответил вместо начальника, — Завтра мы покинем этот термитник, парень.
Дарси постарался придать своему голосу убедительность:
— В таком случае, у меня есть просьба к вам. Я бы хотел перед выходом встретиться и попрощаться с одним человеком.
Гарибальдо приподнял брови:
— И с кем же это?
— С моей сестрой.
Это был чудесный вечер. Вечные облака, висевшие над городом, сегодня как будто немного разошлись, и на душе сразу стало приятней. Час назад прошел небольшой дождь, прибив всю пыль и очистив воздух, и многие люди выходили на улицу, шутили и болтали с соседями. Таким свой город Дарси не видел уже давно. На два с половиной месяца Рэта стала для Дабса городом отбросов и трупов. Отработка поменяла его отношение ко многому. И теперь Дабс чувствовал себя человеком, который проснулся после очень долгого сна и теперь с трудом вспоминает, кто он такой.