Деятельный верденец опросил и рабочих, увязавшихся вслед за охраной — к болоту донников. Только после того, как все подробности пошли по третьему кругу, Вито наконец угомонился. И стал рассказывать историю окружающим — так, словно сам был на месте происшествия. Тут даже Дарси не выдержал:
— Я уже все это слышал, Вито. А взрыв даже видел. Как и ты — издалека.
— У меня хорошее воображение, — надулся здоровяк.
— Очень хорошее. А у меня заканчивается терпение. Расскажи что-нибудь новенькое.
— Например? — мгновенно оживился Вито.
— Например, что делали твари у реки? Они же терпеть не любят рек.
Вито скорчил кислую физиономию:
— Не совсем так. Они не любят проточную воду. Чистую. То есть, теоретически, в грязном ручье они напасть могут, но жить не будут.
— Почему?
— В реках, вроде, энергия какая-то есть. Правда, нет — а кто их знает? Я что, похож на мага? Это тебе у чародеев надо спрашивать, если они, конечно, сами что-нибудь понимают. О тварях вообще мало что известно. Света не любят, поэтому чаще когда темно нападают. Хотя по-всякому бывает — в лесу вон всегда темно. Огня боятся, в чистых водоемах не водятся. Но у болот, например — без проблем. Да и дождь им не помеха, даже наоборот — тучи свет закрывают. Что твари действительно не переносят — так это соленую воду. И не спрашивай, почему!
— Им соль кожу разъедает, — внезапно подал голос Грюнер. В ответ на невысказанный вопрос Дарси, друг лишь неопределенно пожал плечами, — Слышал.
— Может и так, — Вито явно обрадовался новой информации. А может их Лауриэль в свою стихию не пускает. Но версия нашего молчуна мне нравится больше, — улыбнулся возница.
Дарси кивнул:
— Ладно, будем считать, что это понятно. Но что делал донник у брода?
— Ну, я же говорю, — словно ребенку начал объяснять Вито, — твари не любят проточную воду. Не любят — понимаешь? Но могут какое-то время ее терпеть. Я раз видел гончую, которая запрыгнула в лодку, проходившую близко к берегу — двоих успела подрать, сволочь, прежде чем ее скинули в реку. Так что могут твари даже и чистую воду терпеть, хотя слабее становятся.
— Вито, а можно глупый вопрос? — немного замялся Дарси.
— Да?
— А что за «гончая»?
— Ну, так… — Вито даже растерялся, — Шарх, все время забываю, что ты городской.
На широком лице отразилась работа мысли. Спустя секунду здоровяк просиял:
— Да ты ж ее видел! Ночью, в лагере. Которая на бабу напала.
Дарси кивнул.
— Ну, вот. Только эта маленькой была какой-то. Они раза в два больше бывают. А гончие они потому, что на собак похожи, на охотничьих. Только хуже гораздо, и на людей нападают, — хмыкнул кучер.
— Слушай, а много их вообще? — задал Дарси давно вертевшийся на языке вопрос.
— Кого? Гончих?
— Тварей. Ну, видов разных?
Вито аж присвистнул.
— Ну, ты и задал задачку! Сколько! Почем мне знать? Шархова туча — как тебе такой ответ? Очень много! Больше, чем волос на заду у ежехвоста. Я только тех знаю, что в Разливе водятся, да и то не всех. А сколько их всего — одному Грендиру известно.
— А что, они везде разные?
- Ну конечно. Твари, они же, как бы, приспосабливаются. К территории, я имею в виду. Там, где много болот — там донники. Хотя у вас падальщики, я слышал. Но это вы сами расплодили. Сжигать трупы надо, а не так… — здоровяк скривился, — А где открытое пространство — там гончие. Некоторые так приспосабливаются, что им везде хорошо. А другие только в одном месте живут. Тварь на ветке помнишь? Ни разу не видел до этого.
- А те, что мелкие, с крыльями?
— Квирлы? Этих везде много. Много и помногу — та стая, что ты видел, была небольшой. Они иногда по несколько сотен собираются. Слава Грендиру, я сам такого не видел, но слышал. Вообще, мелкие всегда кучкуются, тут уж все как у людей, — ухмыльнулся возница, — это тебе не дроры.
— Тоже бывает, — буркнул Грюнер.
— Ах да, совсем забыл. Хорошо, что мы еще далеко от Рэты были, когда у вас все случилось. Три дрора, это ж подумать только! Давненько такого не бывало. Да еще и вдали от гор.
Дарси знал, о чем говорит Вито. Собственно, о том, где обитают крылатые гиганты, знали все. Повелители небес были обязаны своим названием одной из провинций Старой Империи. Дрория — так назывался регион, в котором однажды появились исполинские летающие твари. Так же назывался и богатый город под горной грядой, от которого остались лишь развалины после того, как на него обрушилась вся мощь ужасных существ. Город, который люди потеряли одним из первых.
— Хотел бы я знать, что могло согнать этих гигантов с места. Или, наоборот, не хотел бы знать ни в коем случае, — шутка у Вито получилась довольно кислой, и он поспешил сменить тему, — Еще глупые вопросы есть?
— Есть, — проворчал Грюнер, — У тебя поесть что осталось?
— Предыдущие вопросы мне нравились больше, — горестно вздохнул Вито, но за пазуху все же полез.
Еще одна разрушенная деревня, омываемая потоками дождя: разбитые двери, проваленные крыши, разбросанный скарб возле ветхого сарайчика. В грязной луже плавает деревянная тарелка. Стены, измазанные чем-то темным. Вот и все, что удалось рассмотреть сквозь широкие дыры в частоколе.
Вид недавно опустевшего селения давил на нервы. Не надо было быть опытным путешественником, чтобы понять очевидное — деревня пала совсем недавно. Неделю назад, не раньше. Как и та, другая, что осталась за ближайшим поворотом. Этот район, судя по всему, был густо населен. Во всяком случае, до недавнего времени. Уже дважды караван миновал развилки. А один раз Дарси углядел за верхушками деревьев что-то похожее на шпиль. Вот только ни одного человека на пути не встречалось. Дождь с каждым часом только усиливался. Люди шли понурые, даже Вито перестал болтать и сидел нахохлившийся, уставившись на круп лошади. Дорога то и дело взбиралась на холм, чтобы вновь спуститься в ложбину. Люди и кони скользили на склонах, на подъемах иногда приходилось толкать повозки. Темные тучи закрыли все небо, и Дарси с тоской вспоминал то закопченный камин в трактире Бо, возле которого он провел множество подобных деньков, то свою койку в съемной квартирке неподалеку, где он проводил ночи попеременно с одной из своих подруг. Кто теперь жил в его комнате? Кто читал его книги и носил теплую меховую куртку? Все имущество Дарси было передано городу, и только поэтому срок отработки уменьшился в два раза. Но что бы он только не отдал сейчас за свои любимые сапоги! А еще было бы неплохо увидеть Мэнди. Или Джорджини. Или… Да любую женщину, способную согреть, накормить, и лечь рядом. Замечтавшись, Дарси не заметил глубокой колдобины на пути и со всего размаха шлепнулся в грязь. «Любая женщина, у которой есть ванна с горячей водой», — подумал Дарси, поднимаясь на ноги.
— Шарх тебя задери, хватит пихать свои ноги мне в нос!
— А куда я их должен деть, спрашивается?
— Да куда хочешь, только не в эту сторону! Убери, я сказал!
— А ну, хватит орать! Пока я вас всех оттуда не разогнал! — резкий голос охранника не потушил до конца спор, но теперь Вито и Зигрид вынуждены были переругиваться шепотом.
— Подвинься к тому краю!
— Я не могу, шархова твоя башка, дальше колесо!
— Черная плесень, тогда в другую сторону!
— Некуда здесь двигаться, скажи спасибо громиле, он все место занимает!
— Баф… — обиженно протянул здоровяк.
— Да-да, именно ты.
В итоге потесниться пришлось всем. Телега оказалась все же не лучшим навесом. Но, за неимением ничего лучшего, Дарси был рад и такой крыше, как дощатое дно в локте от головы. Вито поставил телегу на небольшом пригорке, и почти вся вода стекала по склону. Правда, была еще щель ровно посередине днища, и никто не хотел оказаться под ней. В итоге, не повезло Зигриду — его ноги оказались как раз там, где у повозки прохудилось дно. Но, в конце, концов, и это было гораздо лучше, чем провести всю ночь под ливнем. К тому же, рыболюда никто и не звал толком — сам пришел.
Мимо прошлепали сапоги дозорного. Охранники были похожи на мокрых птиц, недовольно прогуливающихся взад и вперед возле повозок. Даже кожаные плащи воинов не спасали от ливня. Вода находила путь под одежду, хлюпала в сапогах, заставляла ткань липнуть к телу. В такой ситуации запрет на алкоголь был совсем уж не к месту. Но никто не решался нарушить жесткие правила каравана из-за капризов погоды. Вдобавок к вездесущей воде и холоду, вокруг было темно. С горем пополам удалось разжечь только два небольших костерка под раскидистыми кронами деревьев. И то, подкладывать много дров побоялись, опасаясь пожара. Так что видно было из рук вон плохо. Корвин выдал охранникам пару светящихся камней. Тусклое белое сияние создавало причудливые тени, в которых то и дело мерещились оскаленные слюнявые морды и гибкие черные тела. Дарси лежал у самого края повозки и никак не мог заставить себя закрыть глаза. Воображение рисовало самые разнообразные картины и заставляло напрягать слух, ловить каждый звук, вплетающийся в монотонный стук капель о дно повозки.