С Ириной Зотовой, мы общались уже около трех лет и прерывать свою дружбу, начавшеюся с перепалки в обсуждениях, не то какой-то книги, ни то фильма, не собирались. Она, так же как и я в этот поздний час тоже была в онлайн. Я, недолго думая, отправила ей коротенькое сообщение.
Анна: «Привет! Чего не спишь»
Ирина: «Привет. Да вот видио версию мюзикла смотрела.»
Ирина: «А ты чего бодрствуешь?»
Анна: «Просто не спится. Что за мюзикл?»
Музыку я любила, и мюзиклы всегда смотрела с удовольствием. Моими любимыми и по сей день оставались, наш, русский «Мастер и Маргарита», и французский «Notre-Dame de Paris», причем второй, всегда предпочитала смотреть на языке оригинала с субтитрами, из-за прекрасных голосов артистов.
Голоса всегда были моей слабостью. Полностью лишенная голоса, петь я стеснялась даже в душе, я имела прекрасный слух. Поэтому, испытывала, чуть ли не физическое наслаждение, когда в моих любимых наушниках, с которыми никогда не расставалась, звучал красивый голос, вплетенный в канву из музыки. Второй моей слабостью были запахи, ну, а третий руки, но это пока не важно.
Ирина: «Это рок мюзикл, — далее следовало название. — Посмотри, я в таком восторге. Там главную партию, исполняет Егор Матвеев, вокалист группы «Последний шаг».
Как бы я не любила музыку, рок, был мною не понят. Слишком тяжелая музыка, и под час, неразборчивый вокал, исключали данное направления из моего плейлиста. Но даже я, человек, далекий от мира рока, знала группу «Последний шаг». Я не знала, как выглядят участники этого коллектива, никогда не слышала их голосов. Но благодаря интернету, где этих парней, точней, мужчин, самому молодому из них, скоро должно исполниться двадцать восемь, кстати, тому самому Матвееву, не обсуждал разве что ленивый, я знала про них, если не все, то многое.
Прочитав еще пару десятков, восторженных отзывов Иры, про мюзикл в целом и про Матвеева, в частности, я решила все же посмотреть из-за чего столько восторгов. Распрощавшись с подругой, я вбила в поисковик названия.
Причины восторгов подруги стали мне понятны буквально с первых минут мюзикла. Стоило только, сильному, чистому тенору раздаться в тиши полутемного зрительного зала я пропала. Завороженная я всматривалась в экран ноутбука, ловя каждое движение, каждый жест актера. Лицо Егора Матвеева, у меня почему-то не возникло сомнений в личности певца, было скрыто широким капюшоном, сценического костюма. Лишь к концу вступительной арии, когда мужчина решительным, яростным жестом сорвал ткань со своей головы и повернулся лицом к камерам и зрительному зала, я увидела его лицо.
Он не был красивым. У Матвеева был квадратный, волевой подбородок, высокий лоб, на котором даже сквозь слой грима были хорошо видны шрамы, оставшиеся от перенесенной когда-то ветрянки. Даже на вид твердые, жесткие губы и глаза… Его глаза сгубили меня окончательно. Зеленые, они с холодным высокомерием и даже некоторым презрением смотрели в зал, как бы говоря, вы ничто, вы всего лишь жалкие рабы у моих ног…
Я смотрела на него, ловила каждый его жест и взгляд и что-то внутри меня сладко, но в тоже время болезненно сжималось. Сердце колотилось в груди, иногда замирая, и вновь принималось биться с удвоенной силой, грозя пробить ребра. А в мозгу набатом звучало лишь одной, «Мой, он мой».
Почти три часа, что шел мюзикл, пролетели для меня как одна минута. Я слушала его голос, впитывая в себя, каждый оттенок, каждую нотку. Пел Егор яростно, жестко можно даже сказать агрессивно. Не знаю, может это был его персонаж — инквизитор, а может Матвеев сам по себе был таким, яростным, твердым, лишенным жалости и сострадания, каким бы его голос. Я никогда прежде не слышала, как поет вокалист группы «Последний шаг», так, как не интересовалась их творчеством, и сейчас мне сложно было судить, всегда ли его тенор звучит так, или он может быть другим. Но почему-то казалось, что этот голос не может звучать нежно. Даже в тех моментах, когда его персонаж должен был быть нежен, в нем слышалась агрессия и превосходство.
Рассвет застал меня лежащий в постели с телефоном в руках. В наушниках раздавался резкий звук гитары, рваный ритм барабанной установки и сильный, агрессивно-яростный тенор Егора Матвеева. С экрана блокировки на меня смотрело фото мужчины с длинными золотисто русыми волосами, добрым взглядом, теплых зеленых глаз. И открытой, демонстрирующий белые, с чуть заметными клыками, зубы, улыбкой. Фото было студийным. Матвеев стоял на фоне логотипа группы «Последний шаг», железная дорога с мчащимся поездом и человеком что занес ногу, готовясь сделать свой последний шаг. Из одежды на Егоре, были лишь темно-синие джинсы и огромное количество тонких браслетов на обеих руках. А на груди висел простой шнурок, на который были одеты крестик и тонкое, золотое кольцо, судя по всему обручальное. Обнаженный торс Матвеева притягивала к себе взгляд, словно магнитом, он был худ, не очень высок, коренаст, но с прекрасно развитой мускулатурой.
Я смотрела на него, и мне хотелось плакать от отчаянья и гнева на себя. С первого взгляда я умудрилась, влюбилась в его сценический образ, в высокомерного и честолюбивого инквизитора. Но стоило мне увидеть его таким, и прочитать пару его откровенных интервью, я полюбила его самого. Я пыталась убедить себя, что это всего лишь краткое помешательство, свойственное всем девушкам в восемнадцать лет, но где–то внутри, там, где колотилось проснувшиеся сердце, я знала правду. Себе лгать я не умела, хотя других с легкостью могла обвести вокруг пальца. Да, что уж лукавить, врать я умела и особых мук совести, солгав кому-либо, я не испытывала. Я действительно совершила самую глупую ошибку в своей жизни, полюбил мужчину находившегося по ту сторону экрана. И чем же я сейчас была лучше тех, кого еще несколько часов назад высмеивала? Ничем. Я уподобилась им, и это мне чертовски не нравилось. Я любила быть выше остальных, если и не идеальной, то близкой к этому титулу.
Мысли, растревоженными осами носились в моей голове, не давая, сосредоточится на чем-то другом. Отвлечься от мужчины с зелеными глазами. Мне хотелось знать о нем все, то, что было представлено на официальном сайте группы, было ничтожно малым количеством. Общеизвестные факты, дата рождения, образование, в каких коллективах пел, до того как пришел в «Последний шаг», в каком театре нашей столицы, он играет.
Из интервью, что он давал нескольким журналам, я узнала чуть больше. Он мечтал о большой семье, так как сам был единственным ребенком. Его воспитывала мать, отец покинул семью, когда Егору было восемь, с тех пор, Матвеев — старший ни разу не появлялся в жизни сына. Его мать глубоко — верующая женщина, привела веру и сыну. Музыка и театр были страстью Матвеева, но делом своей жизни он считал преподавание. Как выяснилось, у Егора два высших образование, первое актерское мастерство, второе педагогическое. И как, смеясь, он говорил, что когда музыка и сцена ему приедятся, он пойдет работать в обычную сельскую школу, подальше от всех.
В ту ночь я облазила весь интернет в поисках информации о нем. Но лишь одну страницу я не спешила открывать. Его аккаунт в популярной социальной сети, где была зарегестрированна и я. Решив зайти туда утром, я собиралась выйти из браузера и заблокировать телефон, батарея была, почти на нуле, да и поспать надо было хоть чуть-чуть, а то мама, которой завтра на работу к одиннадцати съест живьем, если я к тому времени когда ей надо будет выходить из дома, не выйду из своей спальне. Но у судьбы были другие планы, палец соскользнул и я случайно нажала на ссылку ведущею на его профиль.
Не смотря на это я хотела все же убрать телефон, но всего лишь четыре слова привлекли мое внимание, женат на Марии Градской. Стараясь истерически не засмеяться, я заблокировала телефон и убрала его куда подальше.
Ну, надо же, шутка судьбы. Я влюбилась не просто в парня с экрана. Я влюбилась в женатого парня с экрана.