Анна машинально протянула в ответ свою и почувствовала сухую шершавую и какую-то неприятную ладонь. Но через мгновение ее осенило: это не он!
- Вы Антон? - спросила она, определенно ожидая услышать отрицательный ответ, но Антон утвердительно кивнул головой.
Ибо это был он.
Анна слегка кашлянула. Потом взяла себя в руки и деловито пошла вперед. Ну ничего страшного, сейчас ради приличия послушает артиста и произнесет заветное "мы вам позвоним". Потом, правда, обязательно наберет Нюрке и выскажет все, что та заслуживает!
- Вы не пугайтесь, здесь у нас репетиционное помещение. Спасибо, что вообще есть, - Анна захихикала, уже раскованная от готового решения. - Сейчас я включу свет, а Вы сразу проходите на сцену.
Анна пошарила рукой по стене, нашла рубильник, и свет по щелчку опалил пустую деревянную сцену. Антон встал посередине, еще раз подтвердив свое несоответствие предвзятому режиссерскому ожиданию. А Анна уселась на зрительское место в третьем ряду.
- Что будете читать?
Антон неожиданно стал шарить по карманам брюк, достал мобильник и что-то набрал. Через секунду мобильник Анны звякнул. Она удивленно посмотрела на Антона, потом достала телефон и прочитала: " Пушкин "храни меня, мой талисман", монолог Гамлета, танец Яблочко со степом и песня "А у нас во дворе есть девчонка одна" из репертуара И. Кобзона."
Анна так же удивленно спросила:
- А вслух Вы это не могли сказать?
Антон замотал головой.
- Что, - Анна так же покачала головой. - Гамлета тоже по смс читать будете?
Антон опять схватился за телефон и быстро затыкал пальцами.
Телефон Анны звякнул и она прочитала "Голос. Чтобы лишний раз не... "
Антон мотнул головой и стал заново набирать сообщение. Анна громко остановила его:
- Прекратите, наконец! Я все поняла. Неужели вы думаете, что, назвав вслух программу, вы можете сорвать голос? - Она явно была раздражена. - Ладно, давайте Пушкина.
Антон посмотрел на Анну. Как-то вопросительно, как будто не понимая, как Пушкина, когда еще есть Яблокчо со степом. Или что-то другое было во взгляде, но Анне было уже все равно.
- Что? - спросила она. - Читайте Пушкина!
Антон сделал шаг назад, посмотел куда-то вверх, потом опустил глаза и , глядя в стенку поверх головы Анны, начал:
- Храни меня, мой талисман,
Храни меня во дни гоненья,
Во дни раскаянья, волненья:
Ты в день печали был мне дан...
Где-то под ногами Анны началось слабое движение. Она почувствовала его через подошву туфель. Откуда-то из глубины второго этажа что-то назойливо толкало ее пятки вверх. Сначала легко, потом все сильнее и сильнее. Какие-то таинственные гастарбайтеры вламывались в потолок, легко превращая его в пол под Анной. От неожиданности она согнулась вдвое и заглянула под сидение. И внезапно ее осенило: стук шел не со второго этажа, а прямо из глубины земли! Да-да! Оттуда! И это чувство было таким явным, что Анна ни на секунду не сомневалась в его точности. С каждым толчком неведомая сила многократно возрастала и даже ускорялась. И внезапно старый протертый паркет прямо под Анной вздыбился и разорвался как созревший гигантский гранат. Щепки чудом пролетели мимо ее лица, а из образовавшейся огромной дыры вытянулись гигантские витые зеленые усы, усыпанные острыми молодыми шипами и свежими листьями и врезались ей прямо в ноги. Оплетая их снизу до верху, влезая в туфли, разрывая чулки и оставляя кровавые ранки от мягких, но острых шипов. Анна от неожиданности вскрикнула:
- Стойте!
Антон замолчал, и все неожиданно исчезло. Анна подняла ноги: ничего. Посмотрела вниз. Ничего. Задрала юбку. Ничего.
Потом поняла, что сидит перед чужим мужчиной с раздвинутыми ногами и поднятой юбкой. Быстро взяла себя в руки, встала и, слегка покачиваясь, вышла из комнаты. Потом опомнилась, вернулась на секунду:
- Подождите минутку, пожалуйста. Важный разговор. - поднесла к уху пустую руку. Схватила портфель и вышла в коридор.
Как она дошла до туалета, даже и не заметила. Очнулась, только когда брызнула в лицо холодной водой из крана. Потом расстегнула кофточку. Оказывается, она прилично вспотела. Нарвав бумажных полотенец, попыталась подсушить результаты необычного опыта. Прежде чем вернуться в аудиторию, Анна достала дезодорант, попшикала на себя со всех сторон. Потом достала помаду, достала тушь для ресниц. Привела себя в порядок. И даже больше, как будто перед важным свиданием. Затуманила свое мастерство мерцающей пудрой. Поправила прическу и гордо пошла назад.