Выбрать главу

Он тяжело поднялся с лавочки, кивнул Егору, прощаясь и пошел по дорожке.

- Подождите! - окликнул его Теплов. - Почему вы думаете, что она придет к вам, а не вернется ко мне?

- Не знаю, но я так думаю. Разве что вы встретите ее раньше и найдете, что ей сказать.

 

Андрей Викторович ушел, а Егор, неспешно шагая домой, все вспоминал и вдруг решил зайти в небольшой сквер, в котором они с Ангелиной часто сидели у небольшого фонтанчика, разговаривали обо всем на свете или молчали, целовались, смеялись. Иногда он обнимал ее и она, положив голову на его плечо, закрывала глаза и то ли дремала, то ли думала о чем-то и на губах ее блуждала нежная улыбка. Ему казалось, что в эти минуты она была счастлива.

Он касался губами ее макушки, пахнувшей свежим ветром и каким-то давно забытым цветочным ароматом. Чудные были минуты, он совершенно забыл о них и вспомнил именно сейчас.

Ангелина сидела на лавочке, стиснув пальцами сумочку, лежавшую на коленях, не отрываясь смотрела на струйки воды, бьющие из фонтана и о чем-то думала. Простое синее платье, туфли на каблучке, длинные волосы собраны шпильками в незатейливую прическу.

Егор остановился в нескольких шагах от нее, в горле что-то сдавило, он через силу сглотнул и тихо позвал:

- Ангелина!

Она прикрыла глаза, качнув головой, потом повернулась в его сторону, удивленно разглядывая, будто не доверяя увиденному :

- Ты?

Встала, нерешительно шагнула к нему, остановилась :

- Я на минутку зашла по пути, совершенно случайно. Уже ухожу, отдыхай, не буду мешать.

Развернулась и быстро шагая, исчезла за высокими кустами. Егор, опомнившись, бросился за ней, догнал, схватил за узкие плечи, развернул лицом к себе :

- Ангелина! Я не случайно оказался здесь, искал тебя , был в гостинице, оказалось, что ты выехала оттуда. А сегодня приходил твой отец, он беспокоится за тебя. Прости меня, прости! Я не знаю, что на меня нашло, как я мог подумать о тебе такое. Завтра мы уезжаем, небольшой тур, всего десять дней. Поедешь со мной?

Он смотрел на нее с таким раскаянием, с такой надеждой, что девушка не выдержав, кивнула:

- Хорошо. Только с папой встречусь.

Егор не хотел оставлять ее ни на минуту. Вдвоем они съездили к Андрею Викторовичу, пообедали в небольшом кафе. Он вышел на улицу, поговорить по телефону и сквозь стеклянную стену видел, с какой любовью и нежностью смотрит отец на свою дочь, а та в свою очередь гладит его руку и о чем-то рассказывает, улыбаясь. И если была в последние дни в его жизни какая-то неправильность, то теперь все встало на свои места.

Потом они вдвоем съездили за вещами Ангелины в одну из маленьких частных гостиниц. Сборы к поездке не заняли много времени. Впереди у них была еще жаркая ночь, почти без сна. А утром самолет уже уносил их в Москву, затем их ждали Севастополь, Ялта, Симферополь, Сочи и Геленджик.

Поздними вечерами, после концертов, они всей группой уезжали на берег моря. Жгли костер, смотрели в черную глубину южного неба с холодными мерцающими звездами, пили сидр. Иногда под настроение пели песни, а Виктор Краюхин снимал на все на кинокамеру, как он говорил, для архива группы. У всех было какое-то легкое, беззаботное настроение, оказалось, многие из них имели пристрастие к поэзии. Нина читала стихи Ахмадулиной:

 

Дождь в лицо и ключицы, и над мачтами гром.

Ты со мной приключился, словно шторм с кораблем.

 

Печальный, мягкий голос Ангелины ложился на шелест волн :

 

Вы помните, вы все, конечно, помните,

Как я стоял, приблизившись к стене,

Взволнованно ходили вы по комнате

И что-то резкое в лицо бросали мне.

Вы говорили, нам пора расстаться…

 

И вдруг оказалось, как много есенинских стихов они все помнят, из глубин памяти у каждого из них поднимались волшебные строчки и они читали и читали по очереди эти бессмертные сочинения гениального поэта. И звучало под черным бархатом южного неба:

 

О Русь! Малиновое поле и синь, упавшая в реку,

Люблю до радости и боли твою озерную тоску.

А следом:

В чарах звездного напева обомлели тополя.

Знаю, ждешь ты, королева, молодого короля.

 

Холодные звезды отражались в зыбкой морской глади. И море, и звезды, повидавшие бесконечно много за миллионы лет, слушали в эту ночь стихи великого русского поэта.