Виктор посмотрел на Ника, затем он кивнул и после длительной паузы сказал:
— Лазарус прав в отношении расходов, Ник. Они слишком высоки. Подумай, не просто раздуты, а непомерно высоки.
Он посмотрел на стол.
— Я сидел здесь все утро, пытаясь сократить расходы. — Виктор упомянул о разговоре, который у него был с Джейком Уотсоном, и продолжил: — Я стараюсь опустить расходы на картину до двух миллионов.
— Лазаруса это вполне устроит, — быстро произнес Ник, — однако остаются еще проблема сценария и твое положение в качестве продюсера.
Перебивая, Виктор сказал необычно жестко: — Лазарус знает, что он не может, повторяю, не может убрать меня как продюсера ни при каких обстоятельствах, как бы он этого ни хотел. Он явно пытается одержать верх. А я, как продюсер, имею последнее слово в отношении сценария, и он отлично знает это.
— Даже при таком раскладе я считаю, что он помотает тебе нервы и сделает все, чтобы ты не взял неизвестную актрису на роль Кэтрин Эрншоу. — Ники умолк, думая, продолжать говорить или нет, а затем выпалил: — Слушай, Вик. Может быть, этого действительно не стоит делать? Я знаю, что ты вытянешь этот фильм сам и тебе не нужно других звезд, но, возможно, стоит прислушаться к Лазарусу. Зачем дразнить его, пробуя на эту роль Катарин Темпест? Почему бы тебе не отдать ее актрисе с именем, тем самым избавив себя от лишних неприятностей с этим типом?
Виктор покачал головой. Его лицо стало жестким.
— Нет, Ники, я буду пробовать Катарин.
Ник внимательно посмотрел на друга и, увидев его стиснутые зубы, воздержался от комментариев. В его голове промелькнула мысль, нет ли между Виктором и Катарин романтических отношений, но он быстро отмел ее как крайне маловероятную. И даже если это так, дни, когда актрис выбирали в постели, давно миновали. Кроме того, Виктор слишком трезв, слишком тверд и в нем слишком много от бизнесмена, чтобы попасть в эту опасную ловушку. Он не станет рисковать своей карьерой или деньгами ради минутного удовольствия. И все-таки Нику было любопытно и он, не скрывая своего удивления, спросил:
— Почему ты так настаиваешь на ее участии?
— Потому что я ей обещал и она, между прочим, это заслужила. Конечно, есть и другая, более важная причина. Я уверен, что эта роль идеально подходит для нее. В ней есть какая-то необузданность, огонь, которые ассоциируются у меня с Кэти из «Грозового перевала». Я думаю, она будет так же хороша в этой роли, как Мерл Оберон, возможно, даже лучше. Мне кажется, у Катарин Темпест намного больше живости и темперамента. Если пробы пройдут так, как я ожидаю, я возьму ее на эту роль, и черт с ними, этими финансистами, кем бы они ни были.
Настроение Виктора быстро улучшилось, и он улыбнулся Нику.
— Я также собираюсь привлечь ее для подписания контракта с «Беллиссима Продакшнс». Видишь ли, у меня чувство, что Катарин Темпест однажды станет большой звездой, хотя я не хотел бы говорить этого никому, кроме тебя, до того, как увижу пробы. Можешь мне поверить. Я знаю, что делаю. С того момента, когда я увидел Катарин, я понял, что она обладает одной неподдающейся описанию вещью — искрой Божьей. Это именно то, что должно быть у звезды. Как бы ты это ни называл. И если она сумеет проявить себя — а я надеюсь, что она сумеет, — она будет большой актрисой. Если она не сможет… — Он поджал губы с сожалением. — Да, она обещает стать блестящей актрисой.
Он довольно хмыкнул и посмотрел на Ника искрящимся весельем взглядом:
— Я не знаю, почему ты не заметил этого сам.
— Между прочим, я заметил, но… — Голос Ника зазвучал приглушенно, и он устало поднял плечи. — Послушай, Вик, я знаю, что повторяюсь, но я вынужден еще раз напомнить тебе, что Лазарус никогда не смирится с идеей пригласить на эту роль неизвестную актрису, как бы хороша она ни была. Похоже, он помешан на том, чтобы в пику тебе занять в этой роли кинозвезду. И вот еще что. У меня сильное подозрение, что он собирается нагрянуть в Лондон, прежде чем ты сообразишь, что к чему. Я не буду удивлен, если узнаю, что он уже здесь.
Виктор встал, нервно прошел к сервировочному столику и налил себе еще виски.
— Должен тебе заметить, что я серьезно размышляю, не послать ли мне Лазаруса куда подальше.
Это было произнесено небрежным, даже равнодушным тоном. Виктор сделал глоток и направился к своему креслу.
— Действительно, эта мысль пришла мне в голову пару недель назад и с тех пор не покидает. Властный, назойливый ублюдок, страдающий манией величия. А то, что Лазарус руководит гигантской многонациональной корпорацией, не означает, что он знает, как снимать фильмы, хоть сам он наверняка считает, что разбирается в этом отменно. Но в нашем бизнесе он рядовой дилетант. В последнее время мне много раз приходило в голову, что, пригласив его в «Беллиссима Продакшнс» в качестве инвестора в производство фильма, я сам навлек массу неприятностей на свою голову. Сказать тебе правду, я вообще жалею, что связался с ним. И то, что я услышал от тебя, побуждает меня к еще большей осторожности. Думаю, что мне следует как можно быстрее порвать с ним.