— Бог мой, Вик! Это было бы великолепно. Но как ты сможешь от него отделаться? Я думал, у тебя подписан контракт с ним.
— Контракт составлен между «Беллиссима Продакшнс» и Лазарусом, но я его еще не подписал. Там была пара статей, которые меня не устраивали, и я отправил его своему адвокату. Копию я также отправил адвокату в «Беверли-Хиллз». Я жду их заключения, прежде чем подписать контракт. Так что, ты видишь, я могу отделаться от него в любое время, не боясь каких-либо последствий. До сих пор, как ты знаешь, Майкл Лазарус не вложил ни цента. Так что, в принципе, у него нет оснований жаловаться. Я до сих пор у руля. — Он откинулся с самоуверенным видом.
— Но каким образом без него ты профинансируешь картину? — спросил встревоженно Ник.
— «Вот где собака зарыта», цитируя старого доброго Уильяма Шекспира. Если честно, я еще не знаю. Я не хотел бы идти ни к одному из крупных воротил ни для финансирования, ни для проката. Но мне, по-видимому, придется это сделать. В любом случае это лучше Лазаруса. Возможно, будет заинтересовано «Метро». Как ты думаешь?
Ник насупился.
— Если говорить честно, я не знаю. Повторная экранизация книги вряд ли приведет их в восторг. Ты читал эту статью в «Вэраити» пару недель назад? Прокатчики высказались против повторных экранизаций, и притом в решительных тонах. Они считают, что это никому не нужно и совершенно невыгодно с кассовой точки зрения.
— Забудь об этом, друг, и предоставь мне заботы о своевременности картины, деньгах и прочей ерунде. Я думаю, информация Элен о Лазарусе слегка выбила тебя из колеи. Ради Бога, не расстраивайся из-за этого типа. Я найду способ уладить дело. А теперь, почему бы нам не прогуляться? Мне сейчас просто необходим свежий воздух. Не пойти ли нам на ленч в отель «Коннот»? Там в воскресенье все общество.
— Хорошая идея, — сказал Ник, приободрившись.
— Дай мне пять минут, чтобы одеться. И налей себе еще, пока ждешь.
— Спасибо, я так и сделаю.
Ник встал и подошел к сервировочному столику в глубоком раздумье. Он повернулся.
— Послушай, Вик. Могу я тебя кое о чем спросить?
— Конечно, Ники. — Рука Виктора замерла на ручке двери в спальню. Его беспокоил мрачный тон друга.
Лицо Ника было необычно серьезным.
— Предположим, что ты решил отказаться от финансирования Майкла Лазаруса. А что ты будешь делать, если не получишь поддержки ни у одной из известных компаний: «Метро», «Фокс» или «Уорнерс»?
На лице Виктора появилось выражение озабоченности, он откашлялся:
— Я вынужден буду отказаться от производства, отказаться от фильма. Другого выхода нет, — сказал он решительным тоном, обдумав эту возможность заранее и сделав выбор. — Деньги, ушедшие на подготовительные работы, к сожалению, пропадут, и с этим уже ничего не поделаешь. Слава Богу, это не разорит «Беллиссима Продакшнс». А расходы могут быть списаны, как потери от налогов. Вот так, старина. — Он улыбнулся Нику и пошел в спальню.
«Отказаться от картины», — потрясенно думал Ник, глядя ему вслед, не имея сил поверить в это. После всех трудов, которые они вложили в картину. Боже мой, не только предварительные расходы, но и год их жизни пойдет прахом! Ник знал, что Виктор отдавал себе отчет в каждом слове, поскольку он никогда не делал пустых заявлений. Прежде чем высказать свое суждение, он всегда тщательно обдумывал и взвешивал все аргументы. Его решения всегда были благоразумными и прагматичными.
Ник чувствовал острое разочарование, думая о сценарии, над которым он работал с такой любовью и напряжением долгие последние месяцы. Он знал, что его можно считать одним из лучших из всего, что он до сих пор написал, и ему стало нестерпимо больно при мысли, что его сценарий, это любимое выстраданное дитя, никогда не увидит света.
«Ты слишком честолюбив, ты думаешь только о себе», — думал Ник, подходя со своим бокалом к окну. Отодвинув штору, он отсутствующим взглядом посмотрел на улицу, зафиксировав темный ряд мрачных домов, освещенных холодными лучами зимнего солнца. Многие из нас будут разочарованы, печально думал Ник, и не меньше других Виктор, который больше всех мечтал о «Грозовом перевале» и о роли Хитклиффа, которая давала ему возможность раскрыть свой талант во всей его мощи. Ник знал, как много значила для Виктора, очень строго относившегося к любому своему появлению на экране, эта роль.