— Боже мой! — Катарин уставилась на Эстел и крепче сжала сумочку. — Он уверен?
— Да, он совершенно уверен.
— Откуда он знает?
— Питер — это парень, с которым я обедаю, руководит лондонским офисом ведущей голливудской рекламной фирмы, имеющей дело с рядом ведущих кинокомпаний. Лос-анджелесский офис предупредил его о репортере из «Конфидэншл». Как раз сейчас некоторые из основных клиентов этой фирмы снимают фильмы здесь в Лондоне или в Европе, и Питера попросили предупредить их, чтобы они особенно не высовывались. — Эстел закатила глаза и хихикнула, а затем продолжила: — Он также проинструктирован скрупулезно проверять любого внештатного журналиста, который берет интервью, чтобы убедиться, что он действительно аккредитован при издании, которое он якобы представляет.
— Ты имеешь в виду, что он не знает, кто этот репортер из «Конфидэншл»?
— А ты что думаешь, что журналисты, работающие на «Конфидэншл», такие дураки, что будут объявлять об этом? Перед ними же захлопнут все двери! К тому же они обычно работают под вымышленным именем, так что их трудно вычислить.
— Да, я понимаю, — спокойно произнесла Катарин, а затем спросила: — А твой друг знает, мужчина это или женщина?
— Он думает, что это мужчина. Как Питер ни напрягал свои мозги, пока ему не удалось вычислить этого человека. Собственно, по этой причине он со мной и поделился. Он думал, что я могла случайно слышать, что кто-то занимается сбором информации. Но я не знаю. Я даже не знала, что у них кто-то находится в Лондоне. В любом случае я считаю, что было бы лучше, если бы ты передала это Виктору немедленно. Пусть будет поосторожнее. Более чем вероятно, что он — его главная цель из-за длинного языка его стервозной жены.
— Я сделаю это. Спасибо, Эстел. — Катарин изобразила теплую улыбку и сказала: — Какая же ты молодец, что предупредила меня обо всем. Я никогда не забуду этого. Виктор тоже. Послушай, мне пора возвращаться за стол. Я позвоню тебе завтра и уточню детали насчет воскресенья. Еще раз спасибо, Эстел, дорогая.
— Не стоит, Катарин, — отозвалась Эстел, мысленно поздравив себя с тем, как умно она закрепила свои отношения, — я рада помочь тебе, чем могу.
Вернувшись к столу, Катарин села и сказала извиняющимся тоном, незаметно перейдя на «ты»:
— Прости, что отсутствовала так долго, но я случайно натолкнулась на Эстел, а она временами бывает слишком словоохотлива. Однако она хорошая девушка, и я не хотела обижать ее.
— О, все в порядке, — ответила Франческа, — я понимаю. Спасибо тебе за то, что выслушала меня. И спасибо за этот чудесный разговор. Ты мне здорово помогла, и я собираюсь последовать твоему совету. Я решила несколько дней отдохнуть и вернуться к работе над книгой через неделю.
Катарин, очень довольная, ответила:
— Я так рада, Франческа. Если только тебе понадобится, чтобы тебя выслушали, я к твоим услугам. Между прочим, мне сейчас пришло в голову, что тебе нужно иметь литературного агента. Мне кажется, у тебя его нет. Или есть?
— Нет. И если честно, я не знаю, где его найти. В любом случае у меня сейчас нет рукописи, которую я могла бы показать.
— Я понимаю. С другой стороны, есть смысл поговорить с несколькими агентами и послушать, что они скажут. Позже, когда ты закончишь книгу, тебе будет удобнее воспользоваться услугами литературного агента, чем продавать ее самой. Это, по крайней мере, я понимаю. — Катарин сделала паузу. Затем ее глаза загорелись, и она воскликнула: — Я знаю, что нам делать. Мы можем попросить Виктора найти агента.
— Нет, — резко отвергла предложение Франческа и покраснела от смущения, мгновенно оценив, что она беспричинно задела Катарин.
Катарин бросила на нее недоуменный взгляд, но не стала комментировать реакцию Франчески, а лишь пожала плечами.
— Тогда я думаю, можно попросить Николаса Латимера. Для меня он бы ничего не сделал, но думаю, он не откажется помочь тебе.
— Почему же он не станет ничего делать для тебя? — спросила Франческа озадаченная таким высказыванием. — Он был очень мил в «Лес Амбассадорс» в понедельник вечером. Мне кажется, ты ему ужасно нравишься. Во всяком случае, он вел себя именно так.
— Вовсе даже наоборот, — сказала Катарин со сдержанной улыбкой. — Он очень мил, он часто дружески поддразнивает Меня и ведет себя так, будто он мой лучший приятель. Но разве ты не обратила внимания, каким холодным взглядом он смотрит на меня?