— Значит, вы учились в Арденнском университете, — перевел император тему. — Вам нравилось там?
— Нравилось. Мне даже предлагали остаться в магистратуре, чтобы потом преподавать.
— Отчего же вы не остались?
— Не смогла выбрать, — пожала я плечами. — Причем это касалось как темы для исследований, так и жизненного пути в целом. В мире столько всего интересного и необычного, что не хотелось останавливаться на чем-то одном.
— И поэтому вы оказались здесь, в Эльнуире?
— Я открыта всему новому. А лорд Ридеон убедил меня в том, что это будет занимательный и полезный опыт, — ответила я, а потом не удержалась от сарказма: — Изучения ядовитой фауны в естественной среде обитания.
— Да уж, — рассмеялся мужчина. — К некоторым придворным лучше не подходить без защитного обмундирования.
— Даже сказала бы не к некоторым, а к очень многим, — пробормотала себе под нос. — Нет, вы не подумайте, что я жалуюсь…
— Я помню, что за красивой внешностью и безупречными манерами скрывается весьма кусачее растение, — мне подарили лукавую улыбку.
— Вот именно. Теперь главное побыстрее донести это до окружающих. Во избежание лишних травм и огорчений.
— И все же, я очень рад, что лорд Ридеон оказался достаточно убедительным и мы встретились снова.
В целом, ужин оставил приятное впечатление. Мне удалось расслабиться и в полной мере насладиться и вкусной едой, и интересным разговором. Мы обсуждали политику, кухню разных стран, путешествия. Мужчина оказался отличным рассказчиком, и я, забыв обо всем на свете, слушала поистине захватывающую историю о том, как когда-то давно, еще будучи кронпринцем, он отправился с дипломатическим визитом в Вирду — материк, отделенный от нашего огромным океаном.
— И вы видели кракена?
— Видел, — император подцепил вилкой с тарелки уменьшенную копию знаменитого морского чудовища. — Точь-в-точь как этот, только размером с крыло моего дворца.
— Как же вам удалось уйти? Говорят, что своими щупальцами они давят корабли буквально за минуты.
— Корабль охраняли сильные маги. Наш общий друг лорд Ридеон был среди них. Да и Первородный Пламень оказался не по нраву морским чудовищам.
Картинка стала перед глазами будто живая: грозовое небо, огромные волны, что носят корабль как ореховую скорлупку, толстые щупальца с присосками, выглядывающие из воды. И мужчина, стоящий на носу. Сильный, гордый, не боящийся ничего. Его длинные алые пряди треплет ветер, взгляд тверд и решителен, а руки объяты ярким пламенем. Пугающе прекрасная и завораживающая картина…
— О чем вы так задумались, Дионея? — его голос заставил меня вздрогнуть.
— Простите, — ощутила, что краснею, — просто у меня очень буйное воображение.
Император понимающе улыбнулся, будто прочитал мои мысли, а я покраснела еще больше.
В итоге, во дворец мы возвращались, когда уже совсем стемнело. Одна моя рука привычно лежала на мужском локте, а вторая сжимала маленький букетик фиалок, купленный у уличной цветочницы. И этот букетик вызывал в груди странный трепет, которого раньше не бывало даже от самых дорогих и красивых подарков.
— Мы можем пройти в императорское крыло через сад? — спросила я, когда мы уже поднимались по ступеням перед дворцом.
— Меня никто не узнает, иллюзия все еще держится.
— Дело не в ней, — улыбнулась немного сконфуженно. — Можете считать, что мне просто не хочется видеть надоевшие постные мины.
На самом деле, я не желала омрачать воспоминания об этом вечере эмоциями придворных.
— Как скажете, леди, — кивнул император и потянул меня налево.
Мы обогнули центральную часть дворца и вступили в сад. Гвардейцы, охраняющие вход, не обратили на нас никакого внимания, а сам сад был безлюден и тих. Именно то, что я хотела.
Поднявшись на террасу, которая уже была частью императорского крыла, я остановилась.
— Благодарю за вечер, милорд, — сказала искренне. — Все было чудесно.
— Не желаете, чтобы я провожал вас до покоев? — прищурился мужчина.
— Нет, что вы, — смутилась, опуская голову. — Просто я…
— Дионея, — перебил меня Аэргар де Агадерр, — посмотрите на меня.
Подняла взгляд и замерла. Он так незаметно приблизился, что я даже не сообразила отступить. А теперь стало уже поздно. Золото его глаз парализовало волю, спутало мысли и сбило дыхание.
«Боги, помогите», — мысленно взмолилась я и опустила веки.