— Не могу, — честно сказала она. — Я... — она сделала паузу и проговорила на выдохе, тщательно контролируя каждую букву. — Не говорю много, — вдохнула ещё и добавила, — никогда.
— Хмм, краткость — сестра таланта, верно? — в отличие от обычных людей, дед не стал ее расспрашивать об этом дальше, и Лоле он тут же стал симпатичнее.
— Тогда опишите коротко. Что перед вашими глазами?
— Фонтан. Питьевой, — Лола сделала паузу чтобы правильно подобрать слова. - Дорожки. Две. Дерево. Сорока. На. Дереве, - Евгений кивал и чиркал карандашом в записной книжке. Сорока перелетела с дальнего дерева на то, под которым сидела Лола со своим новым знакомым. Тем временем, парк немного оживился. Сначала по аллее неспешно прошла женщина, толкая перед собой коляску с двойняшками, вслед за ней в парк зашел парень со скейтом. И еще минут через пятнадцать мужичок явно бомжеватой наружности прикорнул на соседней лавке. Лола тут же как смогла описала каждого из них. Коротко и ёмко. Девушка пыталась посмотреть, что же рисует странный дед, но его крупные морщинистые руки закрывали любой обзор.
Необъяснимое чувство тревожности все еще царапалось где-то под лопаткой, но Лоле и впрямь был интересен этот необычный человек, а зеленый парк и яркое, почти летнее солнце не давали и шанса появится хоть какой-то опасности. Да и откуда?
Лола знала, что склонна к тревожности, поэтому проигнорировала внезапный внутренний порыв сорваться и оказаться подальше отсюда.
Сорока тем временем осмелела настолько, что спустилась на нижнюю ветку. Лола разрывалась между нею и записной книжкой деда.
Красивая, крупнее любой другой сороки, которую когда-либо видела Лола, с белоснежными боками и длинным переливчатым хвостом. Она уже не стрекотала, а молча наблюдала. Внимательный взгляд птицы, сконцентрированный на ней, удивил девушку.
"Может её здесь подкармливают?" — подумала она и вытащила руки из карманов, показывая птице пустые ладони. Лоле всегда нравились врановые. И вороны, и галки. Воронов она, конечно, никогда не видела, всё же это лесная птица, но заочно симпатизировала и им тоже.
— Вот, — старик прервал обоюдное наблюдение Лолы и сороки друг за другом. Девушка обернулась к нему и восхищенно выдохнула. На полосатой страничке ежедневника красовался простой, но очень точный и живой рисунок парка. Линии отточенными взмахами создавали и фонтан, и кусты, и деревья. И даже виднеющийся за зданиями многоэтажек купол дворца культуры.
— Но ка-ак??! — удивлению Лолы не было предела. Она иногда пыталась рисовать, но ей никогда не удавалось сделать это так хорошо, как слепому художнику.
— Фотографическая память, — пояснил Гена-Евгений. — Я ослеп всего десять лет назад. А ровно двадцать лет до этого был в этом парке, в такое же время, как сейчас. Красивое место.
Лоле стало жаль старика. Лишиться зрения, да еще и такому талантливому и необыкновенному художнику, ужасно. Врагу не пожелаешь. Но сказала она только:
— Жаль. Очень. Красиво.
— Я ни о чем не жалею, - улыбнулся старик и, закрыв записную книжку, положил ее рядом на скамью. — Я прожил длинную, хорошую жизнь. У меня была и крепкая семья, и верная любимая, и настоящие друзья. И даже вот, последний день какой хороший, солнечный. — Старик подставил лицо солнечному свету, что делил его ровно надвое, превращая его в этакое подобие черно-белой маски.
— Пос-следний день? — удивлённо пробормотала Лола, и тут же объяснила себе мысленно: "Видно, он тоже турист и уезжает".
— Уезжаете? — произнесла она сложное слово без запинки и немного даже возгордилась собой за это.
— Нет. — Старик повернулся к Лоле, и ей стало страшно от невидящего взгляда его белых глаз. — Сегодня, милая Лола, я умру.
Девушка застыла, не понимая как реагировать. Старик, несмотря на возраст не выглядел сумасшедшим. К чему такие мысли?
— Почему? — выдавила из себя Лола. Ей было ужасно неуютно тут, под взглядом слепых глаз старика. И хотелось сбежать.
Она всегда так делала. Избегала всего, что может быть ей неприятно, непонятно или страшно.
— Потому что такова моя судьба, — дед поднял трость и протянул её к Лоле показывая набалдашник. - Это ворон. Птица судьбы. Найди ее, если не будешь знать что делать. — А потом он сделал нечто странное — сдавил плечо девушки и приблизил ее к себе. Да так, что Лола при всем желании вырваться не смогла бы. — Запомни. Никого не бойся. Поступай, как считаешь нужным. И береги её.
— Кого? - испуганно выдохнула Лола. Сердце колотилось как бешеное, старик больше не казался симпатичным, а, напротив, очень и очень жутким. Но старик не ответил, отпустил девушку и встал, прислонив трость к скамье.