Эльфийка оказалась на новой лесной поляне, освещённой мерцающим светом костра. Вокруг неё собрались мужчины, по внешнему виду — разбойники. Их грубые лица, потрёпанные одежды и оружие выдавали в них лесных грабителей.
Сначала девушка в ужасе подумала, что стала их пленницей, но, осмотрев себя, обнаружила, что одета в добротные кожаные доспехи. На поясе висел острый клинок, а кожаная кираса и облегающие штаны подчёркивали её совершенное тело.
Шади чувствовала на себе жадные мужские взгляды, но стоило ей лишь повернуть голову в сторону любопытного, как тот тут же отводил глаза, словно боясь вызвать гнев этой воительницы.
— Надоело уже тут торчать, — сплюнул один из разбойников. — Может, выйдем на тракт? Пощипаем кого?
— Нет, — твёрдо ответила Шади. — Там сейчас усиленные патрули. Ищут пропавшую эльфийскую благородную, сейчас там делать нечего.
— Да ёпт, — выругался мужчина. — Козлы из банды Тирла. Надо было им наткнуться на эту благородную.
— Я слышал, что они её четыре дня насиловали… — мечтательно протянул другой разбойник, краем глаза поглядывая на Шади.
— Ещё раз на меня так посмотришь — и я тебе яйца отрежу, — прошипела девушка. — Не насиловали они её. Собираются подержать несколько недель, а потом продадут за хороший выкуп… — развеяла Шади нелепые слухи. — Благородных не насилуют, их продают. Только если уж совсем отмороженные, но такие долго не живут.
Внезапно все присутствующие напряглись. Из кустов в противоположной части леса появился молодой парнишка лет пятнадцати. Разбойников было четверо, не считая самой Шади, и каждый из них мгновенно схватился за оружие, готовясь к возможной опасности.
В воздухе повисло напряжение, а Шади настороженно наблюдала за незнакомцем, гадая, что привело его в их лагерь.
В свете костра зловеще блеснули странные клинки в руках юноши. Это были необычные оружия — массивные рукояти, от которых расходились по два изогнутых лезвия вперёд и назад. Четыре полумесяца клинков угрожающе сверкали в отсветах пламени.
— Пацан… ты заблудился, что ли? — спросил один из разбойников, медленно приближаясь к неподвижно стоящему Тэрону.
Разбойники начали осторожно окружать юношу, их глаза горели жаждой наживы. Шади выхватила свой клинок, её тело было напряжено как струна.
Бой начался внезапно. Один из разбойников, не дождавшись ответа, ринулся вперёд с дубинкой, но Тэрон, будто действуя на инстинктах, взмахнул клинками — и противник упал с перерезанным горлом.
Остальные разбойники бросились в атаку, но движения Тэрона были неуверенными, дёргаными. Было видно, что это его первый серьёзный бой. Он часто промахивался, его клинки рассекали воздух там, где только что были противники. Юноша явно не знал, как правильно держать дистанцию, часто оказываясь слишком близко к нападающим.
Воительница продолжала наблюдать, отмечая его ошибки. Парень двигался порывисто, словно не понимая, как правильно использовать свои клинки. Он часто терял равновесие, его защита была слабой и предсказуемой.
Разбойники, заметив неопытность противника, осмелели. Они нападали всё яростнее, тесня юношу к костру. Тэрон отбивался как мог, но его движения становились всё более хаотичными, а усталость давала о себе знать.
Шади видела, как он начинает паниковать, как его дыхание становится прерывистым, а движения — менее точными. Казалось, ещё немного — и разбойники одолеют неопытного бойца.
«Сосредоточься, болван!» — прогремел суровый мужской голос откуда-то из лесной чащи. Шади резко обернулась, её глаза лихорадочно искали источник звука, но вокруг была лишь тьма леса и пляшущие тени от костра.
Тэрон же, словно услышал именно то, что ему было нужно. Его тело мгновенно преобразилось. Правый клинок, словно живой, выдвинулся вперёд, жаждая новой крови, а левый, изогнутый полумесяц, скользнул за спину в защитном движении.
Его движения стали преображаться прямо на глазах. Дыхание выровнялось, каждый вдох и выдох были выверенными. Левым клинком он теперь работал как опытный фехтовальщик — отводил удары, блокировал выпады, перенаправлял силу противников против них самих. Правый же клинок, словно смертоносная молния, находил слабые места в защите разбойников.
Кровь сочилась из нескольких ран на теле юноши, но происходило нечто невероятное — раны медленно затягивались, словно время шло вспять. Капли крови застывали в воздухе, прежде чем упасть на землю, а плоть постепенно восстанавливалась.