— Попробуй еще раз выйти на связь, если все в порядке, значит, мы просто начнем угонять корабль, чтобы отвлечь их. К черту ужин, это ловушка.
— Хорошо, а если они не пойманы, то тогда вы идете на ужин? Даже, если это западня?
Я кивнула, — возможно, да, вдруг и вопрос Закса правда был обычным любопытством.
— Слишком много «вдруг».
— Выйди с ними на связь, — отчеканила я каждое слово, поражаясь своему голосу.
Пока мы шли до места, где ячейка прятала все установки, я думала только о том агенте, попросившим кофе с молоком. Любая мелочь, повторял голос Ллойда в моей голове, вас погубит только мелочь.
Квартира, где жил Энтони, располагалась на первом этаже почти на окраине города. Под полом прятался лаз в погреб, Барч отодвинул край ковра, залезая вниз. За ним нырнул Андерс, а я осталась на кухне, посматривая в окно.
— Эдит! — Позвал меня викинг, показавшись, — они живы, но проблема в другом. Они действительно напоролись на немцев.
На ватных ногах я поднялась со стула, готовая рухнуть на колени в немой благодарности, если они живы, значит, все хорошо.
— Это не проблема.
Андерс поднялся, обнимая меня:
— Ты права, это мелочи жизни, издержки рабочего графика.
— Может, тогда займемся садоводством, когда вернемся в Англию.
Я чувствовала, как он пытается улыбнуться, но, на самом деле, сгорает от тревоги. Он не терял оптимизма, делясь своим спокойствием, от чего мне становилось легче дышать.
Вскоре показался Энтони, он отряхивал брюки от пыли:
— Я им передал наш план, они будут здесь к семи вечера.
— А что будем делать мы?
— Сидеть тихо и, — он отодвинул дощечку в стене, доставая чемодан, — готовиться.
— Так у тебя все-таки есть сокровищница, — одобряющим тоном изрек Андерс, рассматривая содержимое чемодана. — Не густо, но нам хватит.
— Значит, угоняем корабль?
— Придется, — пожал плечами Барч, — в отель вам нельзя.
— Кого мы можем взять с собой?
— Я найду ребят, но пойти с вами не смогу, надо встретить Честера и провести их.
Помолчав, мы закурили, но я и не думала, что это может быть последняя сигарета, выкуренная среди них. Прощаться было не в наших правилах. Мы скрылись в подвале у Олафа, ожидая Энтони, поскольку в квартире было опасно оставаться.
Время летело. К нам зашла Мардж, передав мне брюки и свитер, она принесла с собой красную помаду:
— Надо делать все со вкусом, — улыбнулась она, уходя.
Андерс прочистил оружие и заряд обоймы. Мы почти не говорили, занятые своими мыслями. Олаф бродил под ногами, стараясь приободрить наш дух, попеременно предлагая свое пиво, пока я не дошла до той точки напряжения, в которой отхлебнула щедрый глоток.
Энтони вернулся, приведя с собой двоих мужчин. Всех их мне довелось видеть вчера. Они обменялись рукопожатием с Андерсом и поделились с нами всеми наблюдениями по охране кораблей.
— По меньшей мере пять часовых, — сказал Эрик, самый высокий из всех, он был голубоглазый и слегка кудрявый, правда, напоминая принца из сказки. — Вот здесь, — нарисовал он.
— Каждому по одному, — кивнул Ниссен, — жаль, у нас нет тихого оружия, не пришлось бы мараться.
Эрик улыбнулся, обнажив ямочки:
— Вот уж не думал такое от тебя услышать.
— А нельзя обойти здесь, — я прочертила путь пальцем, — тогда получится выйти сзади, так будет тише.
— Вариант, — согласился Дуглас, показав мне большой палец.
— Хорошо, но будьте уверены, нас будет прекрасно видно с этой вышки.
— И там стоят пулеметные установки, так что, если немцы до них доберутся, нам конец.
— Неужели нам не из чего сделать хотя бы подобие взрывчатки, по штуке на пулемет? — Спросила я, на что, подслушивающий нас Олаф многозначительно кашлянул:
— Я бы мог помочь.
— Слушаем.
Олаф вынес целый ящик с баночками селитра, после он водрузил перед нами кубики сахара, уголь и алюминиевую пудру.
— Где ты это взял, старый пройдоха, — весело улыбнулся Эрик, — и почему молчал?
— Как только у вас таких умноголовых не хватило ума что-то принести с завода.
— Высокий риск оказаться мертвым нам чуть-чуть помешал.
Энтони напряженно молчал, прислонившись спиной к стене, я позвала его, отходя в сторону от стола, за которым закипела работа.
— Спасибо, что согласился на такой план, — начала я, — мы же справимся, верно?
— Как и всегда, — грустно ответил он, — но у меня нехорошее предчувствие, Эдит.
— Не верь ему.
— Я ему и так не верю.
— Ты же уйдешь с ребятами?
— Да, не переживай обо мне, мы все справимся.
Отделаться от нагнетающего, липкого ощущения беды стало сложно, как только Энтони произнес это вслух, оно стало реальным. Сердце мое было не на месте, предвещая беду.
— Эй, спасибо тебе, ты отличный старший брат, — я улыбнулась, вложив в эти слова всю сестринскую любовь, на какую была способна после смерти Джима.
— Рад иметь такую ужасно надоедливую, сумасшедшую младшую сестренку.
Наконец, он улыбнулся, его лицо преобразилось, осветив вспышкой понурые глаза.
Энтони приобнял меня, а затем все еще держа руки на моих плечах и вглядываясь в мои глаза произнес:
— Андерс хороший человек, хоть и слегка пугающий, но я его одобряю.
— Я рада это слышать.
— Сомневаюсь, что ты бы передумала, если бы я сказал иначе, но это не страшно, — улыбнулся друг, отпуская меня, — мне пора, еще встретимся.
Я проводила его до дверей, пока он прощался со всеми, желая удачи. Они перекинулись парой слов с Андерсом, закрепляя начало новой дружбы.
— Жду в гости, — сказал Ниссен, помахав рукой.
Когда Энтони скрылся за дверью, я закрыла переживания на самый большой засов. Андерс сочувствующе посмотрел на меня, — ты как?
— Нормально, — я заправила прядки волос за уши, — прежде, чем мы выйдем отсюда, я хочу, чтобы ты знал, я запрещаю тебе умирать сегодня. — Добавила я, от чего губы викинга дрогнули в легкой полуулыбке:
— А завтра?
— Ближайшие сорок лет нельзя.
— Договорились, — он поцеловал меня в лоб.
До вечера мы сумели изготовить несколько самодельных взрывчаток, от чего настроение у всех поднялось. Просчитать все было невозможно, но наметив примерный план, мы почувствовали уверенность.
— Эй, воробушек, — Олаф подмигнул мне, когда мы стояли в дверях, — будь здорова!
— И вы, у вас отличная выпивка, займитесь этим после войны, — улыбнулась я, выходя в сети холодного вечера.
— Правильно! Всегда нужно строить планы на завтра.