Билли рассмеялся, так будто это давалось ему с трудом, — забавно, забавно. Что ж, заглядывайте вечером, если вы любительница посмотреть на драки.
— О, обожаю на это смотреть, но, Билли, сдается мне вы ждете, что я приведу сюда Андерса вам на помощь.
— Отличная идея, тогда приходите и я вас обоих угощу!
Андерс покачал головой, смотря на меня, но явно забавляясь. Мы сели за столик у окна.
— Ты же ненавидишь драки.
— Ты успел отличиться дракой здесь?
— Ни разу, — он положил ладонь на сердце, — я не машу кулаками просто так. И уж тем более не стреляю, а потом задаю вопросы.
Билли подошел к нам, рассказав весь не богатый список возможного обеда, но узнав, что мы не голодны крайне расстроился и предложил горячего эля.
— Это отлично, спасибо, — Андерс отвернулся к окну, а я разглядывала его мощный профиль и крупные черты лица, невольно залюбовавшись.
— Почему ты покраснела? — Вдруг спросил он, а я схватилась за щеки, вызвав его смех.
— Эй, что за наглая ложь, — кажется, вот теперь я стала краснеть.
Билли поставил перед нами две пинты с довольным видом:
— У нас самый лучший эль во всем Кенте.
— Охотно верю, — я отпила напиток, приятно пахнувший хмелем.
Андерс погрузился в неведомые мне мысли, крутя бокал в руке, он сосредоточенно смотрел, как эль переливается в разные стороны.
— О чем думаешь?
— Все тебе расскажи, — шутливо отозвался он, оставляя пинту в покое, посмотрел на меня.
— Здесь все такое средневековое, как будто мы на званном ужине у короля.
— Да, мне тоже тут нравится, особенно, когда мало людей.
— Чем ты вообще здесь занимаешься, когда живешь обычной жизнью моряка?
От него не укрылась моя шутка, — особенно нечем, читаю, езжу на охоту, иногда случается с кем-то пообщаться, — пожал он плечами, — чаще я бываю вне дома.
— И когда ты планируешь снова отчалить?
— Очень нескоро, но я планирую взять тебя с собой в любом случае.
— А, если Эм вызовет меня в Лондон завтра, война ведь еще не закончилась.
— Значит, мы поедем в Лондон. — Казалось, для него нет никакой проблемы, все предельно просто: раз мы вместе, значит вместе везде.
— Странно, что здесь такая обыденная жизнь в сравнении с Лондоном, — заметила я, — люди вообще в курсе, что творится в мире?
— Лондону достается, думаю, не долетай до него бомбы, то и там было бы спокойно, но мрачно в любом случае.
— Интересно, как там остальные, — произнесла я, гадая, что сейчас может делать Энтони или Чес.
— Думаю, вполне неплохо, наверняка, отдыхают.
Я дернула краешком губ, откинувшись на спинку кресла. Сквозь витражные окна проступал разноцветный свет, пуская солнечных зайчиков всех мастей и пород. Они скакали по пабу, забираясь на второй этаж, отталкиваясь от одной стены на другую. Билли напевал какую-то песню, протирая столики.
— Так что у тебя было с Флоренс?
Андерс поперхнулся, закашляв:
— Что, прости?
— Это просто любопытство, мне интересно, есть ли за вашей беседой какая-то история.
— Ты это не серьезно?
— Почему? Мне очень даже интересно.
— У нас нет никакой истории, и, если быть до конца честным, ни с одной девушкой во всем графстве у меня нет никакой истории.
— А с кем была?
Андерс насупился, поправляя очки, — серьезно не было ни с кем до тебя, если ты об этом.
Я упрямо и настырно продолжала допытываться, желая узнать каждую мелочь.
— Почему ты не говорила об этом раньше?
— Не переводи тему, так сколько у тебя было прекрасных воздыхательниц? И не ври, я все равно не поверю, если ты скажешь маленькое число.
— Во-первых, — Андерс показал палец, — за кого ты меня принимаешь? Во-вторых, что значит маленькое число?
— Я просто объективно рассуждаю, как женщина, ты достаточно привлекательный, может, даже слишком.
Ниссен ухмыльнулся, — слишком?
— В рамках стандартов привлекательности – да, определенно выше среднего.
— Ты не умеешь делать комплименты, Эдит.
— Ладно, не хочешь говорить, не говори. — Я допила эль, поставив пустой бокал, — идем?
— Эй, Билли, до вечера! — Ниссен оставил деньги на столике, и вышел следом за мной на площадь, — куда хочешь пойти дальше?
Я покрутила головой, осматривая интересные магазинчики, но всеми мыслями уже была в грядущем вечере, прочитав на доске, что гостей сегодня ждет рванная говядина под соусом:
— Давай оставим что-то на завтра?
Ниссен кивнул головой, соглашаясь. Мы побрели к дому. Идти так просто, рядом друг с другом, ощущать солнечные поцелуи и румянец на щеках от мороза, было похоже на нечто сказочное, сюрреалистичное. Где-то вдалеке остались проблемы, звучащие выстрелами и криками, к войне мы относились совсем по-другому, она неизбежно несла боль и разрушения, но, когда ты нюхал порох, тебя это волнует мало. Так пишется история, у которой ты будешь красть любой момент удовольствия и радости.