Коди уже достал из рюкзака две банки консервов, открыл одну и протянул мне. Я принялась наворачивать холодные водоросли с крилем. Теодор и Марко последовали моему примеру, правда, в их банках было что-то другое. Мы молча поужинали и расползлись по палаткам. Некоторое время я еще слышала ворчание Марко, что он устал как собака, потом он угомонился, и теперь я прислушивалась к шорохам и потрескиванию ветвей. В походы мы ходили нечасто, но каждый раз мне казалось, что рядом с палаткой кто-то есть, и я долго не могла уснуть, вслушиваясь в ночные звуки и пытаясь различить в них шаги того, кто пришел к нашему лагерю.
Проснулись мы в несусветную рань, и утро порадовало нас густым туманом. Это хорошо, значит, сегодня будет не так холодно, хоть мы и вымокнем до костей. У меня еще со вчерашнего дня одежда не просохла.
— Туман, — заметил Теодор обеспокоенно. — Мы не заблудимся?
— Не заблудимся, — заверила я его, включая комм, и тихо позвала: — Нико, выведи карту. Если сойдем с маршрута — дай знать.
Некоторое время я пялилась в экран комма. Подошел Коди, заглянул мне через плечо.
— Сейчас идем по лесу четыре километра, — объявила я, — там будет пересохшее русло реки. Ну, сейчас, может, уже не совсем пересохшее. По нему идем до самого Вессема. Всего ничего осталось.
Коди уже упаковался и теперь смотрел, как Теодор сражается с палаткой. Нам бы такую, с завистью подумала я. Она точно не протекает.
На этот раз я пошла впереди, рядом с Коди, надеясь, что у парней хватит ума следовать за нами и не потеряться. Через полчаса подал голос Нико:
— Рета, возьми правее, вы сильно отклонились на запад.
— Спасибо, — ответила я.
Марко, который шел на пару метров позади, тут же оказался рядом со мной.
— Это кто? — спросил он нервно.
— Никто, — ответила я с досадой. Как я могла забыть про наушник! — Считай, что это наш штурман.
— Он в городе?
— Можно и так сказать.
В конце концов, то, что осталось после кремации, действительно было в городе.
— И все-таки я хочу знать, — сказал он твердо. — Кому еще вы рассказали о том, что мы идем в Вессем?
Я сказала Эме, но сознаваться в этом не собиралась.
— Никому. Следи лучше за своим другом, чтоб не отстал.
Марко обернулся, потом уставился на Коди.
— А ты кому-то говорил?
Коди только отмахнулся.
— Эй, это все серьезно! — повысил голос Марко. — Мы же договорились не пользоваться коммами! С кем вы сейчас говорили?
— Да заткнись ты! — не выдержал Коди.
Я поняла, что наш гонорар под угрозой.
— Так, делаем привал, — сказала я.
Теодор, который как раз нас догнал, тут же уселся на мокрые листья. Я поискала место посуше и тоже села.
— Значит так, — начала я. Срочно требовалось что-нибудь соврать. — Мы договаривались, что вы двое не будете пользоваться коммами. То, что это все серьезно, мы знаем получше вас. Здесь, — я подняла комм, — у меня программа-штурман. Когда мы в прошлый раз ходили в Вессем, я отметила маршрут, и сейчас включила подсказки. И еще у меня сбито геопозиционирование, так что мой комм не отследят, и не твое собачье дело, как я это сделала. А тебя, — я ткнула пальцем в Марко, — если еще раз начнешь орать на меня или на Коди, я прямо тут прикопаю. Что мы говорили? В Вессеме мы не хотим даже шепотом лишнего слова от вас слышать. Ясно? Если тебе это правило не нравится, можешь разворачиваться и топать обратно.
Марко помолчал, потом нехотя кивнул. Теодор копался в рюкзаке и, кажется, вообще не обращал на происходящее внимания.
Я выждала минут пятнадцать, чтобы все точно успокоились, и скомандовала вставать. Вскоре мы вышли к руслу реки. Когда-то она была, наверное, глубиной по колено, зато шириной метров двести, мелкая быстрая речка, из которой камни торчат, как клецки из супа, а теперь она представляла собой низину с грязной жижей на дне. Спускаться и идти как в прошлый раз было бессмысленно, и мы пошли по лесу, стараясь все время держать ее в поле зрения. Когда начали попадаться первые признаки приближающегося города, стало ясно, что надо все же лезть вниз и перебираться на другой берег. Мы вылезли в грязи по колено, и пришлось снова делать привал и чиститься.
«Зря мы с ними не торговались насчет денег», — сказал Коди.
Я думала так же. Наверняка они бы и больше заплатили. А в октябре идти этим маршрутом оказалось гораздо сложнее, чем в первый раз, когда мы ходили в конце весны.