— И что это значит?
«Что уже к восьми ты обычно знаешь почти все, что нужно о других знатных семьях, а к десяти — умеешь ровно столько, сколько нужно, чтобы добраться до дома мужа своим ходом».
— Ничего, лорд-командор.
Данан отвернулась и больше на контакт не шла. Еще вчера вечером она была госпожа, у которой он гостил, а сегодня он — лорд-командор и буквально её командир. К лидеру Смотрителей всегда почтительны, однако быть почтительной госпожой и быть подчиненным рекрутом — очень, очень разные вещи.
Редгар тоже об этом вспомнил: еще совсем недавно над ней измывались, и она настойчиво помнит его лицо, зависшее над ней. И то, как он потянулся к ремню, и… Вечный, она помнит и всю жизнь будет помнить все, что случилось той ночью. Ей не дали даже недели, чтобы прийти в себя, и Данан уже здесь, с ним, в числе рекрутов ордена. Может, все-таки она небезнадежна и сможет взглянуть в Пустоты внутри себя?
Вечером они скудно поели (Редгар берег пищу) и устроились на ночлег чуть поодаль от тракта, но не углубляясь в рощу, близ которой разбили бивак.
— Я первый постерегу. Разбужу перед рассветом. Иди.
Данан опасливо покосилась на мужчину, придирчиво изучая каждую морщинку в его лице. Прекрасно поняв, что её пугает, Регар не выдержал и рявкнул:
— Ляг уже и спи!
Данан содрогнулась вся, снова схватившись за одежду на груди, но промолчала и отошла. Сначала в кусты, потом — спать.
Наутро за сборами, когда Редгар тоже вернулся из рощи, Данан спросила, куда они движутся.
— На запад, — отозвался Редгар. Отличный ответ, зло подумала Данан. Исчерпывающий и все объясняющий. Видя, как исказилось женское лицо, Редгар заставил себя уточнить:
— Я велел собрать в гарнизоне на северо-западе несколько человек из нового набора. Поэтому сейчас мы отправимся туда — там будет возможность подготовиться к ритуалу посвящения. А по пути захватим еще одного Смотрителя, надеюсь, он уже закончил с поручением, которое я оставлял ему. Оттуда сразу — к королю. Сидеть на месте некогда.
И, будто понуждая поторопиться, Редгар не стал притрагиваться к пайку — на ходу сделал несколько глотков из меха с водой, влез на коня и подбил пятками. Данан заторопилась следом, проклиная командора, который не понимал, что с посохом в руках и садиться в седло, и спешиваться много неудобнее.
Поручение, данное кому-то из Смотрителей, и впрямь повело Редгара и Данан на запад. Во второй день пути Редгар время от времени бубнил, что телемант пригодился бы ему куда больше в дороге — создать барьер, скрывающий присутствие путников или выставить щит — отличное подспорье для тех, кто не хочет быть замеченным. Данан никак на это не отзывалась, и Редгар довольно быстро прекратил. Зато к вечеру того дня за ужином определенная ценность чародейки резко возросла: едва Редгар принес хвороста и дров, женщина присела и мягко повела ладонью перед костровищем. Пламя схватилось сразу. Редгар тихо хмыкнул, но ничего не сказал.
Они держались исключительно большака, неизменно уходя на ночь немного от дороги. У вечернего костра Данан всегда держалась бесшумно, но сосредоточено, и почти постоянно прислушивалась к себе. Перчатка с амниритовыми прожилками у неё по-прежнему была одна, и иногда Данан надевала её, закрывая глаза, прощупывая каждый палец. Редгар наблюдал в такие моменты, прищуриваясь, рассматривая, как языки пламени тенями пляшут на женских щеках.
Поймав себя на очередном разглядывании, Редгар мотнул головой. Как-то неуклюже, так что хрустнула шея. Данан перевела на мужчину растерянный взгляд, точно её резко разбудили перед рассветом.
— Все в поряд… — и осеклась: кажется, она не в том положении, чтобы первой задавать вопросы. — Простите, лорд-командор.
Данан поднялась до того, как Смотритель успел что-то сказать, и пошла прочь. Редгар не спрашивал — неподалеку был ручей. В этот раз Данан отсутствовала довольно долго, а когда вернулась, мокрая, похоже, выстиранная одежда липла к намокшему телу, очерчивая талию, крутые бедра, грудь. Редгар вытаращился, не скрываясь, непроизвольно сглотнул и сжал пальцы в кулак, слишком явственно то ли вообразив, то ли вспомнив все её изгибы.
— С ума сошла?
Данан качнула головой:
— Желание носить чистую одежду, кажется, еще не внесено в признаки умственных помешательств. Она быстро высохнет.
— Ты заболеешь, а лечить тебя некогда, — буркнул Редгар недовольно.
Данан не обратила внимания на тон командира, приблизилась к костру.
— Нет.
— Данан! — Редгар прикрикнул: так было проще отогнать от себя непрошенные крамольные мысли, вызванные долгим одиноким странствием.