— Ты не хочешь попросить прощения у дочери, которую я вытащил из…
«Только не это!» — в ужасе подумала Данан.
— Ред… — Данан потянулась к мужчине. — Лорд-командор! — поправилась тут же.
Услышав, Ред зашипел — но не заткнулся:
— Которую я вытащил из-под кобелей, которым Марелл бросил её, как кость?!
— Тебя забыл спросить! — В лице августа клана Таламрин не отразилось ни тени страха. Драммонд даже испугался, что август может выкинуть что-то из ряда вон выходящее. — Это из-за тебя моя дочь стала шлюхой, которая бросила мужа и теперь ошивается среди мужланов?!
Редгар молча, не отвечая, отвел меч и по-простому врезал Таламрину в челюсть.
— Я лорд-командор Смотрителей Пустоты Даэрдина. Молись, чтобы я не призвал в орден тебя или всех твоих сыновей разом, сиятельный август. Ведь тогда всегда будет шанс, что именно от моей руки они сбавят в росте на голову.
— Сучий ты потрох, Редгар Подтирало… — Таламрин сплюнул кровь.
— ДАНАН! — гаркнул Дей, не удержавшись. Редгар, король, Эйнсел и даже возвращавшийся к костру Борво обернулись в сторону чародейки.
Какого он влез?! — Дей прикусил язык, но отступать уже некуда.
— Не вздумай! — строго сказал он, надеясь, что это прозвучит как приказ стража Вечного магу, который не к месту решил сотворить что-то ужасающее. Перед Данан и впрямь зависла (и без всякого посоха) большая печать глубокого фиолетового цвета с черными нитями в узоре. Она дымилась и сверкала так ярко, что сомневаться не приходилось — костей после заклятия не соберешь.
Дей уже собирался метнуть вперед облако развеяния, чтобы, если не снять, то хотя бы ослабить заклинание, но Данан, дрожа, начала гасить его сама.
Драммонд сориентировался первым: вот теперь он мог вмешаться. Коль скоро Редгар позаботился о подчиненной, самое время позаботиться о политике. Драммонд шагнул вперед:
— ТЫ ИЗ УМА ВЫЖИЛ, ЭЙНСЕЛ?!
От этого окрика застыли все. И больше других — Данан, потому что, ей показалось, она уже видела короля раньше. До встречи с ним. Словно только сейчас она начала вспоминать нечто, что забыла давным-давно.
Эйнсел Таламрин подал голос:
— Госу…
— В ЦЕПИ ЕГО! На дознание. Рудник серебра, за который он так трясся, что отдал на поругание дочь Королевского Секвента, чей редкий и столь необходимый в армии талант прежде имел смелость скрывать от короны, изъять в государственную казну.
— Мой король, вы не посмеете…
— Назначить временным регентом на месте августа Таламрин твоего сына? — Драммонд усмехнулся. Эйнсел окружили плотно, сплошь солдаты короля. — Назначить временным регентом на месте августа Таламрин его сына! — повторил государь тоном приказа.
Редгар, слыша это, улыбнулся только краешком рта. Дальше Драммонд сам управится. Он обернулся к Данан, поймал за руку и потащил к шатрам, не замечая, что Дей развернулся спиной к скандалу и теперь провожает командора и чародейку взглядом.
Впихнув Данан в шатер, который та делила с лейтенантом, Редгар хотел было тоже её встряхнуть, но отпустил. Окинул взглядом девчонку: щека от отцовского удара покраснела и припухла, глаза погасшие. Жалкая! Редгар озлобился, в точности как тогда, у костра, когда Данан пришла к нему от ручья в мокрой одежде.
— Тебя что, не научили в жизни сопротивляться насилию?!
Данан попыталась спрятать взгляд, но Редгар видел, как дрожат её ресницы и губы.
— Кажется, я вполне сопротивля…
— И чуть не угробила короля! Не делай из меня дурака! Я прекрасно знаю, что в Доме Кошмара полно заклятий, которыми можно наглухо разбить одного человека, не угрожая при этом всем остальным.
Что? Что он от неё сейчас хочет? — вымученно думала Данан. Что опять не так?
— Это… это отец… с ним… всегда было тяжело…И это и было заклятие для одного человека… — она начала перебирать все оправдания, какие приходили на ум, желая одного: чтобы Редгар оставил её в покое. Просто повернулся и ушел, потому что… Проклятье! Потому что, стоило ей покинуть Цитадель Тайн, вся её жизнь полетела под откос.
Редгар наблюдал за растерянностью подчиненной со смешанными чувствами. Тьфу ты! Вот тебе еще один скелет из-под кровати! Похоже, Данан не врала, когда говорила, что в семье ею никто не дорожил. И, похоже, он, Редгар, не ошибался, когда думал, что мужчин она боялась уже очень, очень давно. Как Данан вообще ухитрилась сдружиться с Клейвом? Поладить с Хагеном? Добиться расположения Сеораса? Возможно, стоит спросить правды у них самих — едва ли Таламрин разговориться. Но ставить под сомнение её ценность более нельзя, даже перед собой.