Маргарет торопливо прожевала кусок курицы.
— Она! Энджел, вы уверены, что это она? То есть женщина? Я имею в виду, это… это же странно и…
— И неожиданно, мда, — заключил Редферн. — Но, в общем–то, почему бы и нет? Женщина может пережить воздействие с тем же успехом, что и мужчина. Хотя именно эта, похоже, повредилась в уме.
— Не факт. Мы же не знаем, чего она хочет. Вон, Душитель был вполне себе трезвомыслящим. Может, она тоже хотела провести какой–то ритуал с целью провертеть дыру на ту сторону и получить еще немножко магии.
— В чем–то вы правы. Чаще всего они гадят по зову сердца и будучи в здравом уме. Но меня смущает слишком малое количество жертв. Если считать вас и консультанта, то всего пять. Этого недостаточно для портала.
— А для чего–нибудь другого? Например, проклясть весь город? Навести мор?
— Для другого… но для чего?
— А у нее разве нельзя спросить?
— Можно, — буркнул Энджел, — и боюсь, именно это ваш дядя и попытается сделать без моего присмотра.
— Ну, у него есть консультант, — Маргарет отодвинула пустые тарелки и взялась за какао. Наставник помрачнел, однако ничего не сказал. Девушка, удивленная его насупленным видом, сказала: — Ведь они, консультанты, должны разбираться во всяком таком. Они же для этого существуют?
— Почему вы у меня спрашиваете? — резко осведомился Энджел.
— Но вы же сами мне рассказывали, что поставляете им всяческое снаряжение, оружие и прочее, создаете для них амулеты и это все. Значит, их точно больше, чем один.
— Какая память, — процедил Редферн. Он сел и отодвинулся от Маргарет, но посматривал на нее исподлобья, сердито и недовольно. С чего бы это?
— Вам не нравится мистер Лонгсдейл?
— С чего вы взяли?
— Тогда чего вы так ершитесь, словно вас против шерсти гладят? Вы же работаете для них…
— Я для них не работаю, — резко ответил Энджел. — Это они от меня зависят.
— То есть вы главнее? — сообразила Маргарет. — Ну ладно.
— Ладно? — вскипел наставник. — Ладно?! Не смейте так о них говорить, будто они мне приказывают! И оставьте этот тон снисходительного одолжения!
Девушка опустила чашку и внимательно посмотрела на Редферна. Его ноздри сердито раздувались, брови сошлись над выдающимся носом, на виске забилась жилка.
— Извините, — сказала Маргарет. — Я не знала. Я думала, что если и вы, и они бьетесь против нечисти и нежити, то…
— То я питаю к ним нежную братскую любовь?
— То вы хотя бы единомышленники. Энджел, что с вами? — ласково спросила она. — Почему вы сердитесь?
Он заерзал, недоверчиво покосился на нее и наконец буркнул:
— Мне не нравится, что вы так тесно общаетесь с Лонгсдейлом. Мне не нравится ваша симпатия к нему.
— Почему?! — изумилась Маргарет. Она ждала какого угодно ответа (лучше, конечно, рассказа про консультантов со всеми подробностями) — но только не такого!
— Потому что такие, как он, не совсем люди.
— Да, — после паузы отозвалась девушка, — я заметила. То есть вот это с собакой — это для них нормально? Что это вообще было? При чем здесь пес?
Энджел встал и отошел к окну. Маргарет отпила какао, выжидательно глядя в узкую спину наставника. Как он вообще выжил, весь такой худой, длинный и хрупкий, постоянно общаясь с нечистью? Даже Лонгсдейл — и тот не всегда может осилить…
— Это фамилиар, — наконец ответил наставник.
— Что? — встрепенулась мисс Шеридан.
— Сами подумайте, девушка, в борьбе с кем консультанты проводят свою жизнь. Человек по сравнению с нежитью хрупок и уязвим, а про нечисть и говорить нечего. Будь они обычными людьми, то погибали бы сотнями, не успев прикончить и трех–четырех таких тварей. Поэтому… кандидаты в консультанты проходят… некую процедуру, — он говорил медленно, будто на ходу пытался собрать ответ из правды, вранья и недоговорок. — В результате которой они меняются… и приобретают фамилиара–хранителя.
— И что он делает? — жадно спросила Маргарет. Энджел подошел к ней ближе. Он смотрел на нее сверху вниз, и по его лицу девушка поняла, что ответ будет неприятен.
— Консультант не может умереть, — холодно сказал Энджел. — После окончания… процесса он приобретает множество свойств, необходимых охотнику, и лишается возможности умереть. Он теряет воспоминания о том, кем был до процесса, забывает себя и свою прежнюю жизнь, но приобретает…
— Но зачем?! — потрясенно выдохнула Маргарет. — Зачем так поступать с ними?!
— Затем, — ответил Энджел, — что нежить и нечисть — это твари, питающиеся жизнями смертных. А чтобы победить одного монстра, нужен другой монстр.
Глава 23