— Угу, — отозвался комиссар. — А я допрошу бедолаг, которых вы так потрепали в павильоне.
— Это не совсем я, — безмятежно ответил Лонгсдейл и встряхнул пса за холку. Животное открыло глаза и с явной неохотой сползло с дивана. — Мисс Шеридан внесла свою лепту.
— Чего?!
— Еще не вполне рассчитывает свои силы, но для новичков…
— Вы считаете, что это нормально?!
— А почему нет? — удивился консультант. — Странно было бы, если б она ничему не научилась за такое время.
— Да зачем ей вообще этому учиться, — горестно пробормотал Бреннон. Им всем было бы гораздо спокойнее, если бы знакомство Пегги с магией ограничилось глупыми книжонками вроде этого «Графа Вампира». Хотя все там же, в той же глубине души, комиссар признавал, что не научи пироман девушку этой пакости, то скорее всего, она была бы мертва уже после встречи с бандитами в Тейнор–крик.
Однако, узрев печально знакомую, длинную и худощавую фигуру перед воротами больницы, Бреннон все равно не обрадовался. Собственно, от одного вида этого типа из головы комиссара на миг вылетели все мысли о допросах, свидетелях и маньяках, и он коршуном ринулся на пиромана.
— Где она?!
— Цела, невредима и в надежном месте, — невозмутимо отвечал Редферн.
— В каком?
Пироман поднял бровь:
— Если я вам скажу, оно перестанет быть надежным, не так ли?
— Вы вернете Пегги домой немедленно, после того, как это закончится!
— Если она захочет.
Лучше бы пироман поднес огоньку к пороховой бочке. Бреннон схватил его за горло, вбил спиной в чугунные ворота и тихо сказал:
— Если вы только посмеете, только тронете ее хотя бы пальцем, хоть волос у нее на голове — я переломаю вам все кости до единой.
— Все двести с лишним штук? — ехидно просипел Редферн. — Так поторопитесь — вы не сможете держать эту женщину на морфине вечно.
Комиссар неохотно выпустил его, хотя искушение стиснуть пальцы покрепче было сильно.
— Не вздумайте пудрить ей мозги. Она вернется домой, к родителям, ясно?
Пироман с усмешкой провел ладонью по горлу; темные глаза торжествующе блеснули.
— А я‑то думал, вы уж неспособны… — удовлетворенно заметил он. — Хотите продолжить на равных или все же займемся делом?
Бреннон дернул створку ворот, краем глаза следя за Редферном. Гад выглядел довольным, как кот над миской сметаны. С чего бы это?
— Амулет при вас? — деловито спросил он, просочившись следом за комиссаром. Натан в раздражении подумал, какого черта этому типа от него надо? Таскается за ним, точно репей в хвосте, еще и следит за каждым движением. На кой хрен?
— Да. Но он один, а дамочка вполне в сотоянии сцапать сразу троих. А еще есть четверо пострадавших свидетелей. Начнем с них.
— Зачем? Вы теряете время. Впрочем, — Редферн встрепенулся, — если вы о тех, кто напал на Маргарет, я охотно потолкую с ними по душам.
— Нет, — коротко отрезал комиссар. Он кивнул полицейским у крыльца и вышел в больницу. Санитар, едва завидев Бреннона, всполошился и бросился за главным врачом.
— Всего две минуты, — вкрадчиво мурлыкал пироман, следуя за комиссаром по пятам, — и они расскажут вам все, вплоть до первых детских воспоминаний.
— Обойдетесь. Мне тут ни к чему четыре обугленных трупа.
— Ну зачем же сразу трупов, меня вполне удовлетворит десяток сломанных рук и ног.
— Вы что, больны на голову?
— Нет, — голос Редферна опустился до шепота. — Они напали на Маргарет, они причинили ей вред и должны расплатиться.
Здесь он Бреннона задел. Комиссар понимал, что скорее всего они вообще не сознавали, что творят — однако жалости к ним не испытывал. А уж что пережила Пег, когда на нее бросились четверо полоумных мужиков!
— Две минуты, — прошелестел пироман. — Ладно, одну. Всего одну! Я оставлю их в живых, обещаю.
— Забудьте. Ваша забота — эта дама, раз уж вам так приспичило играть в сознательного гражданина.
— О, ладно же. Хорошо. Уговорили.
Он повесил трость на запястье и сунул руки в карманы. Бреннон сжал рукоять револьвера. Но пироман достал всего лишь две странных белых полумаски и бросил одну комиссару.
— Наденьте.
— Зачем?
— Мы не можем отключить ее способности. Но мы можем обезопасить остальных людей.
Изрядно удивленный таким гуманизмом со стороны этого типа, комиссар надел маску по примеру Редферна. Она закрывала рот и нос, а около шеи был небольшой пузырь с воздухом. Пироман дождался, пока Бреннон разберется с трубкой для дыхания, вытолкнул из ячеек на ремне две длинные колбы и грохнул одну об стену, а вторую швырнул в коридор. Воздух мигом заполнился клубами густого белого дыма. Комиссар не успел возмутиться (а потом понял, что из–под маски и не смог бы), как оба полицейских у двери в палату рухнули, словно подкошенные, и дружно захрапели.