Поверьте, сходить с ума не весело. Это не крутая добавка к автобиографии, это не то чем стоит хвалиться – это трясина, в которой ты увязнешь, сам того не осознавая, и помочь тебе практически будет невозможно.
Кошка на подоконнике дала Расписному совет. Он кивнул, окончательно теряя остатки рассудка, встал и снял люстру, перекрестился и молча залез в петлю. Танцуя свой последний танец, задыхаясь и проваливаясь в обморок от удушья, он понимал больше всего на свете хочет увидеть своего ребенка.
Изобразив *полковника на белом коне*, спустя время Расписной стал не просто меня доставать, тут скорее до*бывать своим бредом, не смешным и весьма угнетающим. А еще Лежебока с ним ведет диалоги, этим он всех остальных так специально бесит. Все бы ничего, а вот только я совершенно не знал, как и ему помочь. Семья его девушки уехала в неизвестном направлении, я и понятия не имел где их искать. Их соседка пробурчала что-то про проклятых спидозных из-за двери, и мне ничего не оставалось, как просто принять тот факт, что судя по всему в моей голове навсегда будут звучать его бессвязные речи, конечно если он не пропадет так же внезапно, как и возник.
Принять это не просто, слушать его внезапный безумный смех невыносимо, хорошо, что он обычно тихо-тихо шепчет. Он бредит и говорит с кем то, кто молча прячется среди призраков в моей голове. И что этот некто пришел из жутких миров.
И учитывая, что он хочет увидеть своего ребенка, которого я попросту не знаю где искать, то я никак не могу ему помочь, как бы я сам этого не хотел. Но я могу помочь еще двоим. Кстати, как приеду домой, нужно будет нарисовать наконец то для Отважнослабоумного конец его истории. Заодно надо будет заехать в торговый центр за бухляндским и приодеться с денег Пельменного, устрою себе праздник что ли.