Он наградил ее укоризненным взглядом.
— Я иду с тобой. — Грег вышел из вагона.
Одинокий гитарист наигрывал веселенький мотивчик, собрав небольшую толпу, ожидавшую поезда. Грег бросил несколько бумажек в шляпу парня.
— Очень мило с вашей стороны, — прошептала Джеки. Поезд тронулся со скрипом и грохотом, заглушая гитару.
— Развлекать публику в подземном переходе — дело нелегкое, — ответил он.
Они вышли на улицу, и Грег огляделся.
Интересно, что он думает о ее районе? Выглядит ли тот просто старым в его глазах или полон очарования старины, как для нее?
Грег почти не касался Джеки, когда они неторопливо шли в теплой весенней ночи, но его присутствие волновало девушку, особенно когда он старался закрыть ее от запоздалых пешеходов или слегка подталкивал вперед, если светофор менял цвет с красного на зеленый.
— А ты когда-нибудь развлекал людей в подземке? — поинтересовалась Джеки, от волнения легко переходя на «ты».
— Нет, но одно лето я работал в баре, так что знаю, что это такое.
Представить Грега развлекающим посетителей бара было невозможно. Может, он актер? Это обстоятельство сделало бы перспективу романа с ним более реальной.
— Ты? В баре? — Ее нервозность несколько уменьшилась. Может, он не так уж далек от жизни и не содрогнется при мысли о маленьком приключении? Или о злоключении, как это частенько случается с ней?
— Это было давно. — Грег посмотрел на дома. — Какой ты назвала номер?
— Триста шестьдесят три. — Зачем идти домой, если начинается такой интересный разговор? — А каким образом ты развлекал публику? — Демон несдержанности вновь приподнял голову. — Работал стриптизером?
Он не смог скрыть улыбку.
— Отнюдь.
— Гитаристом?
— Я играл на фортепьяно.
Ничто не могло бы погасить ее интерес быстрее. Ее родители были известными музыкантами — пианистами, гастролировавшими с различными оркестрами. Кроме того, они давали уроки в своем роскошном доме на Бэк-Бей.
Джеки играла на всем, кроме фортепьяно. Ее любимыми инструментами были банджо и электрогитара, что сводило родителей с ума.
— Ясно. — Она ускорила шаг. Глупо думать, что мистер Процветание сможет оценить что-либо за пределами привычной сферы.
— Значит, тебе не нравится фортепьяно. — Грег замедлил шаг, когда они подошли к дому Джеки.
Эта дверь была единственной в квартале выкрашенной в бордовый цвет, и перед ней росли большие кусты пурпурного вереска. То и другое являлось нововведением Джеки.
На улице стояла тишина. Большого движения здесь не бывало даже в выходные. Студенты колледжа жили достаточно далеко, чтобы не создавать шума, и достаточно близко, чтобы поддерживать множество недорогих ресторанов и кафешек.
Единственными звуками, которые слышала Джеки, были мягкий баритон Грега и тихое жужжание уличных фонарей.
Она пожала плечами.
— Мне нравится фортепьяно.
— Дай угадать. Ты предпочитаешь пикколо. Или, может, большой комплект цимбал? — Грег сунул руки в карманы и прислонился к фонарному столбу.
— Так уж случилось, что я действительно люблю цимбалы. И умею играть на домбре.
— Ты всегда выбираешь наименее проторенный путь, да, Джеки Брейди? — Он изучал девушку, ища в ее глазах ответы, которые она не готова была дать.
— Это так заметно? — Она сморщила нос и закусила нижнюю губу, отчего усы зашевелились.
— Заметно, что вы склонны к авантюризму, леди. — Грег оттолкнулся от столба и начал к ней приближаться. Медленно. Размеренно.
Сердце ее пустилось в галоп.
Джеки была готова сдаться.
Ну что с того, что он умеет играть на пианино, принадлежит к элите и предпочитает придерживаться правил? Она все равно хочет поцеловать его, и никто не запретит ей мечтать о том, чтобы отдать свою девственность мужчине, который сумеет раскрепостить ее страстную натуру и высвободит талант.
Грег остановился в шаге от нее. Наверное, следовало подождать, когда он сам поцелует ее, но Джеки была не из тех, кто играет по правилам.
Особенно, когда риск так соблазнителен и так близок.
Грег умирал от желания поцеловать Джеки с тех самых пор, как она появилась во «Фланагане» в кошачьих ушках и с усами.
Однако он не хотел спешить.
Он размышлял, как бы сделать так, чтобы получить максимум удовольствия для них обоих, когда Джеки уронила скатерть. Не успел Грег задохнуться от вида ее обнаженной груди, как она прижалась к нему, даря ошеломляющий поцелуй.