— Hу-y! — Русаков нервно усмехнулся. — Нет, вообще–то. Я не убивал его.
— Но это ведь вас называют Астронавтом?
— Каким ещё, твою мать, Астронавтом?!
Молчание.
— Откуда, вы знаете мой номер?
Русаков подумал, что лучше, наверное, будет, если он с ней встретится и обсудит всё на месте. Сколько он уже её не видел? Ну, с тех пор, когда она забирала из больницы своего братца. Терехин говорил как–то (ему об этом сообщил сам Лаховский), что она с ним (с братом) предаётся пороку инцеста. Бр-р…Рыжая шлюха–нимфоманка — всё ей неймётся. Может, стоит заняться её воспитанием?
— Что вы молчите? Кто вы? Откуда у вас мой номер?
«Да к чёрту этого Толстяка! Из него помощник, как из меня балерина. От Мариши будет куда больше толка. Я ей всё объясню, и, может, она меня поймёт».
— От твоего брата, откуда же ещё, — соврал Русаков. — Мне нужны его записи. Как ты смотришь на то, чтобы оказать мне посильную помощь?
— Кто вы?
— Да что ты заладила одно и то же, в самом деле, как попугай? Допустим, что пока это неважно. Так как ты думаешь, мы сможем с тобой встретиться? Поверь, я не убивал твоего брата!
— Но милиция…
— Это не я. Что бы они не говорили, это не я. Дай–ка мне толстяка ещё раз.
Послышалось шуршание, и тот взял трубку.
— Я слушаю.
— Давай закругляйся и сваливай. Если ты мне ещё понадобишься, я тебе позвоню.
— Что тебе ещё от меня надо?
— Пока ничего. А теперь сваливай оттуда, и без глупостей.
— А…
— С этим я разберусь сам.
— Мне снова дать ей трубку?
— Пускай она сперва закроет за тобой дверь.
— Как скажешь, — вздохнул Терехин.
Санитар звонит (2)
Посте того, как Марина закрыла за Терехиным дверь, ей не оставалось ничего, кроме как снова взять в руку лежащую рядом с телефоном трубку. Астронавт, или кто–то ещё, по–прежнему был на связи.
— Он ушёл?
— Да.
— Ну так что, мы сможем встретиться?
Марина задумалась. Встретиться с тем, кого милиция считает убийцей? Что, если он убьёт и её? Или он здесь вообще ни при чём? Ему просто нужна записная книжка. Если она её не найдёт и не отдаст… Нет, будет лучше всё же найти и отдать, во избежание всяких недоразумений.
Сказать: «Да, я готова с вами встретиться»? А потом дождаться следователя Юры и всё ему объяснить? Пускай они арестуют этого Астронавта или хотя бы допросят. Блин, но сегодня суббота, Юрочка может и отдыхать. Нет, он обещал прийти в два…
— Не надо меня бояться, — сказал голос в трубке. Что–то знакомое было в этом голосе, но в то же время он звучал незнакомо. — Я не представляю для тебя никакой опасности.
— Вас ищет милиция, вы в курсе?
— Не меня. Я не убивал твоего брата, я ведь тебе уже говорил.
— Этого толстого извращенца ко мне заслали вы?
В трубке раздался мерзкий смешок.
— Догадалась. Он, конечно, псих, но его можно использовать. Понимаешь, мне необходима записная книжка твоего брата, и я ради этого готов на всё.
— Даже на убийство?
— Послушай, давай не будем говорить о таких вещах по телефону. Я лучше приеду к тебе, и мы всё обсудим на месте.
«В два, — подумала Марина, — пускай приезжает в два. Как раз в это время должен появиться Юра, вот пускай они сами со всем и разбираются. При нём этот человек (убийца Саши) ничего мне не сделает».
— Хорошо, — сказала она. — Давайте встретимся в два. Вы знаете, где я живу?
Когда он ответил утвердительно, Марина даже не удивилась.
— Знаешь, — добавил «Астронавт» перед тем, как прервать связь, — ты пока поройся у себя получше, может, и найдёшь где эту записную книжку. А я заберу её и сразу уйду, и больше тебя не побеспокою. Ну так как?
— Ладно, я посмотрю.
КАТАМНЕЗ (из эротического дневника Александра Лаховского)
15.05.96.
Моя сестра спит с соседом и готовит мне еду. Что ж, спасибо. На улицу я не выхожу — зачем? Что там делать? Куда идти? Компьютер она продала (я сам посоветовал ей сделать это), так что заняться практически нечем. Я лежу целыми днями у себя в комнате и мастурбирую, благо фантазия моя неограниченна, а вызываемые ею образы очень реалистичны. В основном, вспоминаю наши спектакли.
Вчера сестра застукала меня за этим занятием — я лежал голый, а она вошла. Она была шокирована, а мне же всё было безразлично. Что в этом такого? Русаков и Люси не звонят и не приходят (правда, позавчера я говорил по телефону с Толстым), так что же мне остаётся делать? Короче, Маринка выбежала из комнаты, а я кончил, и тут у меня возникла кое–какая идейка.