Что касается первого зрелища, то это было лишь продолжение той трагедии, в которой главную роль сыграли Блэкеддер и его сообщники. Тайный совет лордов вошел во вкус смертных казней. Между прочими были подвергнуты пытке и казнены Гай Талли и Генбурн Болтон. Восходя на эшафот, Болтон предостерегал народ никогда не соглашаться быть орудием великих людей в их политических деяниях. Резким контрастом казням было награждение более высокопоставленных соучастников убийства графа Дарнлея. Их не осмелились коснуться. Так Гэнтли остался в Тайном совете, Эрджил получил звание шерифа города Эдинбурга, Летингтон — шерифа Лотиана, а Мортон — адмирала Шотландии.
Вторым зрелищем было коронование нового короля в городе Стирлинге.
Как только добились отречения Марии Стюарт, Тайный совет лордов назначил коронование ее сына на 29 июня 1567 года и пригласил к этому дню в Стирлинг всех, кто должен был принести присягу королю. Лордов «союза», образовавшегося для освобождения Марии, приглашали через особых послов, отправленных к ним в Дэмбертон. Однако эти лорды не только отклонили приглашение, но выразили протест против коронования Иакова.
Сын Марии, Иаков, был возведен на шотландский престол, когда ему было всего тринадцать месяцев от роду. Граф Марр нес его в церковь на руках. Лорд Этол следовал за ним с короной, Мортон нес скипетр, а Глансер — оружие. Регентом был назначен граф Мюррей. На границе его встречало посольство из четырехсот дворян. Он направлялся в столицу как истинный властелин, граждане встречали его с энтузиазмом.
Роль Мюррея в судьбе его сводной сестры была далеко не благовидной. Живя во Франции в качестве беглеца, он громко возмущался тем, что происходило в Шотландии. Появившись в Лондоне, хотел вначале вступиться за Марию, но потом переменил свои намерения. При всем том он вел себя в Эдинбурге так, как будто очень неохотно принимал на себя звание регента, и объявил, что согласится на это лишь в том случае, если убедится, что Мария добровольно отказалась от короны, а с этой целью считает необходимым личную встречу с ней. Такое поведение с его стороны объяснялось, по-видимому, не желанием участвовать в мятеже, а воспользоваться лишь плодами переворота. В сопровождении Мортона, Этола и Линдсея Мюррей отправился в Лохлевин 15 августа.
Известие о прибытии брата было неожиданностью для Марии, но обрадовало ее. Она надеялась на его благорасположение.
Мюррей попросил у Марии аудиенции. Она тотчас же согласилась и, когда он вошел к ней в сопровождении лордов, поспешила к нему навстречу.
— Мой добрый Вильям, — сказала она, — как я рада видеть тебя здесь!…
Мюррей остановил сестру холодным, строгим взглядом и сухо произнес:
— А я не могу порадоваться, видя вас, тем более, что из-за вашего присутствия моя мать должна была удалиться из своего дома.
— Милорд, — сказала она с достоинством, — ваша мать сама прогнала себя. Никто не может мне поставить в укор, что я тяготилась ее несносной злобой, ведь я не была ей подвластна.
— Однако было бы лучше, если бы вы руководствовались указаниями такой опытной, хотя и строгой женщины. Вообще ваше поведение мало соответствует вашему нынешнему положению, прежде всего требуется скромность по отношению к тем лицам, которые призваны распоряжаться вашей судьбой.
— Что вам угодно от меня, милорд? — резко спросила Мария.
— Удалите отсюда своих дам, ваше величество, тогда вы это узнаете! — ответил Мюррей.
Королева принимала Мюррея и его спутников в присутствии приближенных фрейлин; немного подумав, она сделала дамам знак удалиться, и дамы вышли из комнаты.
— Можете теперь говорить, — обратилась Мария к брату.
— Вам, вероятно, известно, ваше величество, — начал Мюррей, — что вследствие вашего отказа от престола на шотландский престол вступил ваш сын и до его совершеннолетия я назначаюсь регентом, но я могу исполнять свои новые обязанности лишь тогда, когда услышу от вас, что вы добровольно отрекаетесь от престола.
— Добровольно отрекаюсь от престола? — изумилась Мария.
— Выслушайте меня, ваше величество, — продолжал Мюррей, — ваше управление государством привело Шотландию к гибели.
— В этом виноваты крамольники, неверные вассалы, а не я! — возразила Мария.
— Погодите, ваше величество!… Позвольте вам напомнить, что вы, едва вступив на шотландский престол, повели себя самым недостойным образом, — Мюррей резко прервал Марию. — Вы пожелали уничтожить господствующую религию и заменить ее бреднями папистов, вы растратили средства страны, пустились в такие авантюры, от которых отвернулась бы всякая порядочная женщина, вы допустили коварное убийство мужа и отдали свою руку убийце; в довершение всего вы попрали права и свободу шотландского народа.