- Поли? - протянул "Гильза". - Что... что, черт возьми... это?
Лицо Поли стало от ярости такого же цвета, как девчонкины волосы. - Просто смотри!
И "Гильза" стал смотреть.
С экрана грубый, с деревенским акцентом голос произнес:
- Вот, сынок. Держи камеру, пока я буду показывать тебе, как прорезать дырку.
Затем изображение затряслось, и в кадр внезапно вошел более крупный мужчина в потрепанной куртке.
Он держал электродрель, а в патрон была вставлена трехдюймовая кольцевая пила.
- Теперь смотрите внимательно, парни... чтоб вы поняли, как это делать.
Визг дрели был невыносимым, но еще хуже - гораздо хуже - звук последующего процесса, когда здоровяк зажал лицо девчонки рукой и поднес вращающуюся на высокой скорости кольцевую пилу к макушке ее черепа. Наконец, кружок кости и скальпа был извлечен, а сквозь аккуратно вырезанное отверстие показался сырой, бледно-розовый мозг.
- Теперь, - произнес безликий здоровяк, - нам нужно сделать разрез для наших членов, - затем он достал огромный нож и вставил его в вышеупомянутое отверстие. Это действие заставило девчонку с кляпом во рту рефлексивно дернуться.
- Да! Понимаете, если сделаете это правильно - как только что сделал я - сразу она не помрет. Всегда лучше, чтоб они были еще живы, когда вы только вставляете в них член.
- Вот это здорово, дядь! - воскликнул еще один голос за кадром. - Есть такое. Она все еще жива!
Я буду первым и покажу вам, парни, как это делается, - произнес голос. - Сынок? Вот. Направь камеру вниз...
Угол камеры сместился к промежности мужчины, к его уже извлеченному необрезанному пенису. Мужчина принялся проворно мастурбировать, пока не достиг эрекции, а затем он...
Что ж, прилежный читатель здесь сам догадается.
То, что "Гильза" смотрел на том экране последующие несколько минут, он не смог бы постичь и через миллион лет. По ходу этого извращенного деревенского представления раздавались возгласы самого грубого сорта, улюлюканье, вопли и крики, вроде: "Трахай ее в башку, парень! Я говорю, трахай!", "Да! Даааааааа! Нет ничего приятней, чем вогнать член по яйца в девкин мозг", "Вот так, вот так! Как тебе такое, детка? Нравится, когда я кончаю тебе в башку?", "Срань господня, пап! Наверное, это лучший кончун в моей жизни!" и т.д и т.п.
Когда фильм закончился, "Гильза" просто сидел с выпученными глазами.
- Видишь?! - заорал Поли. - Видишь, что сделали эти деревенщины?! - Он ударил кулаком по столу с такой силой, что ноутбук подпрыгнул. - Эта толстая девчонка - моя падчерица!
- Твоя... твоя...
- Да! Они просверлили дыру в черепе шестнадцатилетней девчонки и трахнули ее в мозг!
У "Гильзы" завибрировала нижняя челюсть.
- Это... это полный кабздец, Поли. Какое-то супермерзкое дерьмо, мужик...
- Без тебя знаю!
У "Гильзы" слегка кружилась голова от увиденного.
- То дерьмо, которое они сделали... Это еще отвратительнее, чем то, когда вы, парни, засовывайте людей головой в гигантскую "дырку" той толстухи. Эти чуваки... Они жесткие.
- И - черт! - самое хреновое то, что это мы - короли жесткого снаффа! Я и мои парни! А эти деревенщины только что уделали нас в нашей же игре! - Поли пнул ногой по стене и взвыл. - А разрешение картинки ты видел? Черт побери! У них даже гребаная камера лучше, чем наша! - и на пике этой тирады Поли в ярости бросился обратно в комнату Мельды. Он снова схватил "Хайбол" и сунул головой в зияющую вагину Мельды.
- Поли! Блин! - воскликнул "Гильза". - Почему ты срываешься на "Хайбол"? Она ж ничего не сделала!
- Знаю, - огрызнулся дон. Он просунул руки проститутке подмышки и с силой толкнул. "Хайбол" задергалась, словно под электротоком. - Я - в бешенстве! А когда я в бешенстве, мне нужно... нужно "выпустить пар"!
- Брось, Поли. Это неправильно! Это ж наша шлюха. У нее крутейшее во всем районе тело. Ты не можешь ее убить, просто потому что ты - в бешенстве. - "Гильза" рискнул положить руку Поли на плечо. - Послушай, братан. На хрен это. Давай зайдем к нам, чтоб ты смог остыть. А потом придумаем, как отплатить тем чувакам...
Поли принял ко вниманию его доводы, и едва "Хайбол" снова начала конвульсировать, позволил ее голове вывалиться наружу.
- Да, да... Я... думаю, ты прав.
"Хайбол" лежала, содрогаясь, на полу, глаза у нее готовы были выпрыгнуть из орбит. Когда "Гильза" снял у нее со рта скотч, она задергалась, выгнула спину, завизжала и потеряла сознание.