— Профессором! Что это за слово? Я никогда его не слыхала!
— Профессором называется джентльмен, который дает уроки.
— Значит, вы давали уроки музыки? О, я это давно угадала! — сказала «леди Джэн».
Мосье Жерар лукаво улыбнулся и покачал головой:
— Нет-нет, вы не отгадали, дорогая леди, я не был учителем пения!
— Ах, как жаль! — разочарованно вокликнула «леди Джэн».
— Но я был учителем танцев! — гордо сказал мосье Жерар, выпячивая свою худеньку фигурку — Да, я был известным балетмейстером Парижской оперы!
У «леди Джэн» широко раскрылись глаза от изумления.
— Неужели? — спросила она, оглядывая старичка со всех сторон.
— Да, милая леди, это так! И я с завтрашнего дня начну учить вас грациознейшим танцам. Вы научитесь превосходно танцевать!
«Леди Джэн» в восторге захлопала в ладоши.
— Ах, как это будет интересно! — воскликнула она. — Я обязательно хочу начать учиться сейчас же!
— Но только тсс!.. — произнес старик, прикладывая пальцем к губам — Это должно быть тайной, маленькая «леди Джэн»!
«Леди Джэн» обещала старику хранить строжайший секрет о своих уроках танцев, но взяла у него разрешение сообщить об этом своему другу Пепси.
ГЛАВА 14
Приключения «леди Джэн»
аступили праздники. Какие бы желания, надежды, расчеты ни таились в душе маленькой «леди Джэн», она совершенно не по-детски сумела скрыть их и до последнего дня праздника была весела, мила и внимательна ко всем. Но Пепси, зорко следившая за своей любимицей, не раз замечала, что девочка ни с того ни с сего вдруг глубоко задумается и в глазах ее выразится жгучая тоска. Что касается праздничных подарков, которые более или менее служат доказательствами нежности и внимания посторонних лиц, то в них у «леди Джэн» не было недостатка.
Первое, что бросилось ей в глаза при пробуждении в день праздника, был один из ее черных чулок, который висел туго набитым в камине спальни мадам Жозен. «Леди Джэн» бросилась рассматривать, что находилось в чулке. Эдраст, этот мот, всегда нуждавшийся в деньгах, и тот вспомнил малютку: он поднес ей богато разодетую куколку, пояс которой был украшен дорогой пряжкой. Пряжка предназначалась, конечно, не кукле, а самой «леди Джэн». За поясом куклы торчала изящная визитная карточка с надписью крупными буквами: «Эдраст Жозен поздравляет с праздниками». Затем на столе оказалась корзина с фруктами от мосье Жерара; тут же «леди Джэн» отыскала точно притаившегося в зелени прелестного желтого утенка и сейчас же догадалась, что он прислан от Дианы.
Это были первые домашние сюрпризы. Новые удовольствия ожидали ее у Пепси; та непременно требовала, чтобы ее сделали свидетельницей радости своего маленького друга, и распорядилась так, чтобы в ее комнате, рядом с рабочим столом, был поставлен столик пониже. На нем расставили все подарки, присланные от семьи Пэшу. Маделон и Пепси присоединили к ним свои сюрпризы и стол покрыли сверху скатертью. Как только «леди Джэн» вбежала в комнату, скатерть сняли — и ее глазам представилась целая груда игрушек, кукол, книг с картинками и прочее.
Из всех подарков «леди Джэн» больше всего дорожила серебряным наперстком — от Пепси, уточкой — от Дианы и тетрадкой с музыкальными пьесами — от Маделон.
Когда первый пыл восторга миновал, «леди Джэн» пообедала со своими друзьями и осталась у них, по обыкновению, на весь день.
— Мне очень нравятся праздники, — говорила Пепси, когда они остались вдвоем с «леди Джэн», — приезжает тетя Модя со всеми своими детьми, привозит нам конфет, кучу гостинцев из деревни, мальчики затевают фейерверк. На улице с утра до вечера езда, нарядные толпы людей гуляют, а вечером пускают ракеты, римские свечи. Все такие веселые, поздравляют друг друга с Новым годом! Так хорошо!
В эту минуту в комнату вошла «Мышка»; зубы ее так и сверкали, и широкая улыбка освещала ее смуглую физиономию. Она подошла к Пепси и «леди Джэн» с каким-то таинственным видом.
— Я вас, барышни, не поздравила с праздником, — сказала она на своем ломаном английском языке, — мне и в голову не приходило, что в этот день раздают подарки. Денег у меня нет на покупку кукол или игрушек — я вам принесла в подарок коврижку; говорят, она вкусная. Кушайте на здоровье! — и, говоря это, маленькая негритянка развернула большой лист желтой бумаги и вывалила на стол толстую коврижку из самой черной грубой муки.
Пепси сказала правду: праздник прошел очень весело. Приехали дети Пэшу, как было обещано, и навезли кучу гостинцев и сладостей. Какой был обед! «Леди Джэн» долго его вспоминала. Тетя Модя, не желая оставлять мужа одного в праздничный день, утром же вернулась к себе на ферму, а детям разрешила остаться до вечера.