- Итите фюта! – громко прокричал, махая призывно обеими руками, Денис.
И потихоньку спросил Макара:
- Ну, как мой ломаный русский, сойдёт для сельской местности?
- Сойдет, - так же тихо ответил Макар.
Часть 25
К воротам направился только один, тот, что был в красной рубахе.
Остальные, как по команде, сели на солому, разбросанную вокруг них.
«Тоже утомились, подонки! Отдохните, отдохните, сейчас потрудитесь на пожаре!» - подумал Денис, а вслух сказал Макару:
- Что-то не видно, ни дымка, ни Егоркиных отца с дедом…
- Да конюшня-то большая, - ответил Макар.
- Вы чавой-то хотите? – спросил подошедший великан.
- Мы кучера ищем, - объяснил Макар. – Может, он знает, где староста?
- Так дома был староста. Вы стучали в дверь-то?
- Так стучали ж, но никто не вышел. Мы и подумали, что кучер скажет, где он.
- Нет тут кучера! - отрезал мужик в сердцах и повернулся уже идти, но любопытство из-за необычного вида Дениса взяло, по-видимому, верх и он спросил:
- Это кто с тобой?
- Это иностранец из царского министерства Миллера, его по реке привезли, а поклажа вся прибудет гужевой перевозкой, потому что он наши дороги не переносит. Он вчера под дождём промок, и я его у себя ночевать оставлял. Вот к старосте и веду.
- Он по-русски-то кумекает?
- Всё понимает, но говорит не очень понятно.
Тут наконец-то Денис заметил в глубине конюшни лёгкий дымок. Он стал руками показывать Макару на свой нос, и размахивать руками, громко выкрикивая:
- Гофит, гофит!!!
- Что это он? – спросил Макара мужик.
- Не знаю, - ответил Макар. – Куда-то дальше по проходу конюшни показывает. Сходи, посмотри, что-то у вас там случилось, похоже. И дымом тянет…
- Пошгаф! Пошгаф! – закричал Денис и побежал в глубину конюшни. За ним побежал Макар и все три мужика.
Только отсюда он смог увидеть сидящих на полу двух мужчин, старого и помоложе.
«Вот, что такое колодники!» - подумал Денис.
В двух широких обструганных брёвнах, подогнанных друг к другу, были выпилены полукруглые отверстия, которые, совпадая, составляли круг.
Вот в эти отверстия и были вставлены запястья рук и щиколотки ног двух мужчин. На брёвнах были прочно прикреплены металлические петли, которые с помощью навесного замка стягивали брёвна друг с другом. Руки и ноги седого и чернявого мужчин держали их согнутыми уже неведомо сколько времени и они тихонечко выли от боли, понимая, что нет никого, кто их отпустит на свободу и избавит от этой мучительной, нечеловеческой боли.
А вокруг горела солома и конюшню заволакивало дымом. Впрочем, в этом месте коней не было, здесь жили свиньи, и это добавляло унижения истязаемым мужчинам.
Добежавший сюда Денис так рассвирепел, что на чисто русском языке прорычал, приблизив своё лицо к злобной и, впрочем, несколько растерянной, физиономии мужика в красной рубахе:
- Давай ключ!!!
- Щас, - ответил мужик и, достав из кармана огромный по современным меркам ключ от колодок.
Денис сбросил с брёвен замки, но брёвна расцепить сам не смог, ему помог Макар. Они были тяжеленные.
Но и освобождённые мужчины не смогли сразу встать, они нуждались в посторонней помощи для этого.
Больше говорить по-русски Денис себе не позволял.
Пока кто-то звонил в подвешенный на столбе кусок железа, пока мужики-мучители и прибежавшие отовсюду крестьяне таскали из ближайшего колодца воду, пока заливали этой водой тлеющую солому, пока выгоняли из конюшни в загон животных, Денис с Макаром вытаскивали из этой пыточной тех, кого здесь пытали.
Если бы у Дениса было право говорить по-русски, он обязательно расспросил бы каждого из них, за что их так мучили, но он не мог себе этого позволить и молчал, уверенный, что никаких особых причин для этих истязаний не было.
Кто мог сам идти, тот ушёл домой, а кто уже не мог, Денис с Макаром и неведомо откуда взявшиеся добровольные помощники доставили сами.