— Я нашел ее, когда вчера ночью все носились по лесам. Думаешь, почему не подстрелили ни одного волка?
— Посещала меня такая мысль.
Он улыбнулся:
— Вот и ответ.
Длинные тонкие пальцы ночного мрака тянулись между деревьями, стелились по земле и окружали вход в пещеру. Луна и звезды уже ярко светили, когда из отверстия в земле начали выскакивать волки.
Один, два… Пять, шесть… Одиннадцать, двенадцать.
Я тихо выругалась и потянулась к винтовке.
Манденауэр остановил меня.
— Пусть идут, — выдохнул он. — Пока что.
Он не обратил внимания на мою недоверчивую мину. Мне казалось, что мы смогли бы подстрелить достаточно волков, прежде чем они бы поняли, кто стреляет. Но так как здесь больше волков, чем я в жизни видела, а Манденауэр знаток по их части, я опустила руку.
Животные скользнули в лес. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом ветерка в листве, а затем ночь пронзил хоровой вой. Я вздрогнула и ахнула. Казалось, будто волки стояли прямо у нас за спиной.
Но когда я повернулась, там не было никого. Шорох листьев под подошвами ботинок заставил меня вновь обернуться к спутнику. Он шел к пещере.
Я быстро поднялась на ноги и поравнялась с ним как раз вовремя, чтобы войти в темный грот плечом к плечу. Манденауэр достал мой полицейский фонарь — должно быть, я забыла его забрать, так что выставляйте мне счет — и посветил внутрь пещеры.
Ночной воздух обжигал мою похолодевшую кожу.
— Что это за место? — пробормотала я.
— У них всегда есть логово. Всегда.
В пещере было влажно, как обычно под толщей земли. Но я покрылась холодным потом не из-за этого.
Кучи костей по углам меня не беспокоили. Как-никак, мы в волчьем логове. Но меня пробрало, когда я заметила обрывки ткани, непарную обувь, отблеск золотой серьги под белоснежной реберной костью. От живота начала подниматься тошнота, и я отвернулась.
— Волки так не поступают, — сдавленно сказала я.
— Эти — поступают. — Услышав странный грохот, я резко развернулась. Манденауэр пробирался через кучу костей. Его ботинки тонули в грязи, пока он обходил логово.
— Что вы ищете?
— Зацепку.
— Какую еще зацепку? Это же животные.
— Ты удивишься, когда узнаешь, что оставляют после себя подобные звери.
— После вот этого меня больше ничто не удивит.
И снова я ошиблась.
Волчий вой эхом отдался в каменных стенах, так громко, что мы с Манденауэром одновременно вздрогнули и помчались ко входу. Старик выключил фонарь, но слишком поздно. Мы оказались в ловушке.
Я вскинула винтовку. Манденауэр не стал меня останавливать, но тени на скале сделали это за него. Луна освещала вход в пещеру, серебристый свет просачивался внутрь, и в нем возник человеческий силуэт.
Я опустила оружие и собралась окликнуть человека, но Манденауэр прикрыл мне рот рукой. Он покачал головой. Выражение его лица было таким странным — в нем смешались в равной степени ярость, отвращение и восторг, — что я не стала бороться. Вскоре я могла только смотреть, разинув рот.
Сначала мне показалось, что незнакомец наклоняется, чтобы коснуться пальцев собственных ног. Гимнастика в лесу. Подобным мог бы заниматься Кадотт.
Но мужчина не стал выпрямляться. Вместо этого он остался стоять в согнутом положении, и его силуэт начал меняться. В один момент — фигура мужчины, нагнувшегося к земле. В следующий — «спортсмен» уже стоял на четырех конечностях, наклонив голову так низко, что я не могла ее разглядеть. Его фигура менялась. Пещера наполнилась звуками растущих костей, скребущих когтей, рыком и стонами, которые я приняла бы за отзвуки великолепного секса, если бы не видела, что происходит на самом деле.
Я не успела и глазом моргнуть, как человек обратился в волка, запрокинул голову назад и завыл. Другие отозвались, и он убежал.
Где-то в середине этого представления Манденауэр убрал руку от моего рта. Я бы не заговорила, даже если бы он ткнул в меня палкой. Стоять я тоже не могла, поэтому села в грязь и уперлась головой в колени. Манденауэр оставил меня в покое и продолжил искать зацепки.
Не уверена, как долго путались мысли в голове и не было голоса. Когда Манденауэр наконец хлопнул меня по спине, я подпрыгнула на полметра вверх и взвизгнула.
— Пора идти, Джесси.
Я подняла голову:
— Ч-что это было?
Он посмотрел мне в глаза:
— Ты сама знаешь.
Я покачала головой:
— Откуда мне знать?
Он помог мне встать на ноги — сама я бы не смогла — и постучал себе по лбу.
— Забудь о своих знаниях. — Он поднес палец к груди и постучал по ней. — Верь своим чувствам.