– Я не плакал, – сказал Фи дрожащим голосом, но он чувствовал слезы на своих щеках.
– Почему же мама тебя не впускает?
Миссис Сунчана подошла к нему сбоку, и Фи подвинулся в сторону, чтобы дать ей пройти.
Он вытер лицо о рукав. Она все еще ждала ответа.
– Мама болеет, – сказал он. – Я жду, пока вернется папа.
Приятная темноволосая миссис Сунчана поежилась от холода.
– Уже почти семь, – сказала она. – Почему бы тебе не подняться со мной наверх? Попьем горячего шоколада? Может, хочешь тарелку супа? С овощами, курочкой, отличный густой супчик. Вкусный. Я-то знаю, сама варила.
Все отговорки Фи куда-то улетучились под напором этих чарующих слов. Он увидел себя за столом у миссис Сунчаны с ложкой пьянящего супа у рта. От запаха текли слюнки и урчало в животе.
Рыдание само по себе распрямило свои широкие черные крылья у него в горле и вырвалось наружу.
А затем, как спасение, появился голос отца.
– Оставьте моего сына в покое! Отойдите от него!
Фи открыл глаза.
Миссис Сунчана с такой силой стиснула руки, что пальцы выглядели плоскими. Фи видел, что она напугана, и понимал, что снова в безопасности – он вернулся в кино своей жизни.
И тут на дорожке появился Боб Бандольер, его лицо сияло, глаза светились, пальто развевалось на ветру.
– Фи сидел здесь на холоде совсем один, – сказала миссис Сунчана.
– Пожалуйста, поднимайтесь наверх, миссис Сунчана.
– Я просто хотела помочь, – настаивала миссис Сунчана.
Только сплющенные пальцы выдавали ее.
– Что ж, мы не нуждаемся в вашей помощи, – взревел великолепный отец. – Уйдите, оставьте нас в покое.
– Не надо мне приказывать.
– Заткнитесь!
– И не надо на меня кричать.
– Оставьте моего ребенка в покое! – Боб Бандольер вскинул руки, как сумасшедший, и топнул ногой. – Идите!
Он кинулся к крыльцу, и миссис Сунчана быстро прошла мимо Фи в дом.
Боб Бандольер схватил Фи за руку, дернул его вверх и толкнул к двери. Фи закричал от боли. Миссис Сунчана отступила на полпролета, дверь их квартиры со скрипом открылась, и в проеме возникло лицо ее мужа, похожее на воздушный шарик. Остановившись напротив двери в свою квартиру, Боб Бандольер отпустил Фи, чтобы достать ключ.
– Вы, наверное, сошли с ума, – сказала миссис Сунчана. – Я не сделала ничего плохого вашему мальчику. Он сидел один на холоде и не мог войти в дом.
Боб Бандольер открыл дверь и повернулся к ней лицом.
– Мы живем прямо над вами, если вы помните, – продолжала миссис Сунчана. – Мы знаем, чем вы там занимаетесь.
Отец втолкнул Фи в квартиру, и запах из спальни громыхнул, как барабанная дробь. Фи тогда подумал, что миссис Сунчана тоже могла его услышать.
– И чем же я там занимаюсь? – спросил Боб Бандольер.
Его голос был угрожающе спокойным.
Фи знал, что отец улыбается.
Он слышал, как миссис Сунчана поднялась на одну ступеньку выше.
– Вы сами знаете чем. И это неправильно.
Сверху мистер Сунчана позвал свою жену.
– Напротив, – ответил отец. – Все, что я делаю, миссис Сунчана, абсолютно правильно. И у меня на все есть свои причины.
Он отошел от двери, а миссис Сунчана еще поднялась на две ступеньки вверх.
Фи наблюдал за отцом с неописуемым восторгом. Он победил. Он говорил справедливые и смелые вещи, и враг бежал.
Боб Бандольер хмуро направился к сыну.
Фи попятился в гостиную. Его отец шагнул в дверной проем и захлопнул дверь. Он спокойно посмотрел на Фи своими темными глазами, снял пальто и аккуратно повесил в шкаф, будто не замечая ужасного запаха из спальни. Расстегнул пуговицы на пиджаке и верхнюю пуговицу на рубашке и расслабил галстук на установленные полдюйма.
– Я собираюсь сказать тебе кое-что очень важное. Ты не должен разговаривать с ними ни в коем случае, ты меня слышишь? Они попытаются выудить из тебя информацию, но если ты скажешь этим пронырам хоть слово, я выбью из твоей башки всю дурь. – Он похлопал Фи по щеке. – Но ты ведь им ничего не скажешь, я знаю.
Фи закивал головой.
– Они думают, что все знают. Все их предки только и делали, что подглядывали да подслушивали.
Отец еще раз ободрительно пошлепал сына по щеке. Он щелкнул пальцами. Это был сигнал для Джуд, и она тут же откуда-то вылезла, ожидая кормежки. Фи последовал за ними на кухню. Отец вывалил полбанки кошачьей еды в миску Джуд, а остальное поставил назад в холодильник.