Необходимо подобраться к нему до того, как чудище поймет, кто перед ним. Стайл не должен упустить и этот шанс, ведь старый эльф предупредил его, что Флейта — всего лишь подспорье в битве. Платиновый инструмент, увы, не всесилен, как хотели бы думать его создатели — Темные эльфы.
Он спускался в черную пропасть по отлогому склону верхом на Нейсе. Кобылица осторожно нащупывала дорогу, боясь поскользнуться. Стайл крепко прижимал к себе Флейту. Он возлагал на нее большие надежды. Она должна сослужить ему двойную службу: оберегать в момент чтения заклятий и сгущать магическое облако, издавая звуки, — то есть заменять гармонику. Ведь не мог же Стайл во время битвы держать в руках и то, и другое.
Он уже составлял в уме заклинания. Одно — чтобы гасить огонь, другое — чтобы стать неуязвимым, еще одно — чтобы стать невидимым. Но больше всего он нуждался в заклинании, которое дало бы ему силу сразить червяка и отправить его в ад. Здесь, в этом магическом измерении, действительно существовал ад. Однажды он шутя послал Нейсу в ад (или, мы бы сказали, ко всем чертям), и это повлекло за собой много неприятностей. Очень много… Нейса была недовольна, и теперь, если Стайл повторит проделанное, Нейса воспротивится. Единороги дьявольски упрямы и, коли пришли к определенному выводу, ни за что не отступят. Он должен действовать осторожно, чтобы не поссориться с верным своим защитником и другом. Он знал об упорстве Нейсы.
Итак, ад не подходит. А что, если, употребив магию, превратить гигантского червя в безобидного дождевого червяка? Возможно, лет через триста он снова достигнет своих размеров, но к тому времени будет где-нибудь далеко от этих мест, если, впрочем, какая-нибудь голодная птичка не пообедает им…
Какое же подобрать заклинание?
Тяжелая это вещь — рифмование, рифма трудно дается Стайлу, он постоянно мучается, составляя заклинания, но чтобы они имели магическую силу, увы, необходима рифма, как, впрочем, и ритм.
А какой вид магии может быть сотворен не рифмоплетством, а высокой поэзией? Дайте срок, он как-нибудь проэкспериментирует с подлинной, истинной поэзией, вместо этих жалких виршей, которые в спешке ему приходят на ум. Он сочинит настоящий шедевр-заклинание в стихах и посмотрит, что за этим последует.
Тропа, по которой они с Нейсой спускались, уперлась в круглый туннель — логово Червяка. Жаркая струя воздуха со свистом рванулась снизу: монстр, должно быть, находился где-то близко.
Стайл заколебался. Он наклонился к Нейсе и шепнул ей в левое ухо, которое послушно повернулось, чтобы принять его слова:
— Если мы стремительно приблизимся к Червяку, то можем слегка поджариться, но если замешкаемся, он может заподозрить неладное. Я бы хотел понаблюдать за ним до того, как выкурю из чертова логова. Но как увидеть, не выманив наружу?
Нейса в ответ всхрапнула. Сообразив, что у нее возник какой-то план, Стайл слез с ее спины. Нейса тут же обернулась очаровательной хрупкой девушкой.
— Дань червяку… — пробормотала она, сделав жест рукой, невинный и беспомощный.
Стайл обрадовался ее плану, но и ужаснулся.
— Замечательная приманка! Однако я не хочу — тобой рисковать. Монстр сожрет тебя, прежде чем мы что-нибудь предпримем.
С Нейсой произошло еще одно превращение, на этот раз она обернулась летающим светлячком. Насекомое сделало над ним один круг, другой — и снова Нейса предстала в образе девушки.
— Так, хорошо, — кивнул Стайл, — я забыл, что у тебя есть третья форма. Ты сможешь спастись, если не сгоришь.
— Огнеупорный… — напомнила Нейса.
— Форма летающего насекомого из огнеупорной материи? Великолепно! — Стайл пришел в восторг. Рогатая кобылица, как неоценимая драгоценность, предстала перед ним всеми своими гранями. Он на мгновение смолк, мысленно строя козни монстру. — Мне бы хотелось заполучить для битвы пространство побольше, хотя я надеюсь сразить его молниеносно. Однако я должен быть готов ко всему, к любой неожиданности. Итак, вот мой план: ты выманиваешь его из логова и сразу же улетаешь в безопасное место. Если я умру, спеши к Леди, скажи, что я потерпел неудачу. Но напоследок швырну Флейту наверх, эльфы найдут ее, если смогу, конечно…
Все это в устах его прозвучало браво, но сам Стайл вдруг почувствовал что-то вроде слабости в коленях. Не больно-то много опыта у него в этаких сражениях. И все же он не ожидает серьезной опасности, в противном случае, конечно, испугался бы. Он просто проигрывает любую экстремальную ситуацию, любую случайность.