— Ага. Солнце. Ночью, — Джесси чуть откинулась назад, чтобы видеть его лицо, и вдруг подняла руки и погладила по щекам горячими ладонями. — В жизни ты еще лучше, чем на экране… — протянула негромко и медленно повела бедрами, мягко, но весьма ощутимо прижимая член.
Айк был готов взвыть раненым бизоном, зареветь разбуженным гризли, заорать перепуганным... нет, насчет перепуганного перебор. И вообще, ему мозги еще не до такой степени залило спермой, чтобы сообщать всему острову, что, если Джесс прижмется еще чуть плотнее, он сольет в трусы.
Но все равно пришлось переждать несколько особенно сладко-болезненных секунд, когда возбуждение почти сорвало все стоп-краны.
— В жизни ты вообще не похожа на себя экранную, — Айк позволил себе коротко поцеловать Джесс в шею, благо она снова откинулась, заглядывая ему в глаза. — Ну что, куда идем, направо, налево или прямо? — спросил, окончательно выпуская ее. — Учти, я по солнцу или еще как-нибудь ориентироваться не умею.
Сердце все еще бухало и исправно гнало кровь вниз, под тугую резинку плавок, но Айку, в конце концов, было не четырнадцать, и с такими вещами он давно научился справляться.
— Будто бы я умею, — проворчала Джесси, явно недовольная, что приходится вспоминать о том, что надо как-то добыть пищу. — Поищем бананы? Вряд ли от нас будет толк в чем-то еще.
— Давай, — согласился Айк. — Может, лимоны или другие какие цитрусы увидим.
Им попадалось множество плодоносящих деревьев и кустов, но без Ульфа Айк не решался рвать ягоды, растущие прямо на шипастом стволе дерева, или непонятные рогатины, пахнущие каким-то цитрусом.
Бананов им не попалось. Зато они наткнулись на огромные желто-зеленые плоды, больше всего похожие на мини-боксерские груши. Кожура вроде была мягкая, но не поддавалась. А когда Айк оторвал один оказавшийся на удивление тяжелым плод, из места разрыва потекла белая клейкая жидкость.
— Что-то я такое видела, — прокомментировала Джесс. Айк с удовольствием сказал бы, на что это похоже, но неведомая фигня прилично оттягивала руки. — Кажется, это джекфрут. Покажем его Ульфу или Найджелу — они разберутся.
— Хорошо, когда есть кому делегировать, — хмыкнул Айк. — Так, на этом наш дозор окончен. С этой фигней надо в лагерь возвращаться.
— А я нарву по пути и других плодов, — решила Джесси. — Всех по одному. Вдруг окажется, что среди них клад?
— Определенно окажется, и я даже представляю, как будет закатывать глаза С… — Айк прикусил язык. Вот ведь, чуть не проговорился про прозвище. — Рик точно скажет, что это каждому ребенку известный плод, и что он бы его точно нарвал побольше.
Джесси как-то странно глянула на него и вдруг пихнула под локоть.
— Давай, скажи! — попросила с запалом. — Как ты хотел его назвать?
— Спринтер, — признался Айк и пожал плечами. Ничего обидного, в принципе, тут не было.
Кажется, Джесси считала так же.
— Я зову его Туки, — фыркнула она. — В школе у нас был капитан футбольной команды, его за глаза называли Туки-туки-кто-там. Потому что был тупой как пробка, зато понтов выше крыши. Рик, конечно, не тупой… — он поморщилась. — В общем, все равно для меня он Туки.
— Кажется, теперь и я буду звать его Туки, — Айк переложил предположительных джекфрут из одной руки в другую. Джесс прозорливо предложила обмотать черенок листьями, так что руки Айк запачкал совсем чуть-чуть. — А еще ты кого-нибудь наделила прозвищами? Или Туки тебя поразил в самое сердце?
— Ну есть еще Красавчик Смит, — хмыкнула Джесси. — Не спрашивай, почему Смит. Сама не знаю.
— Так-так… — Айк преувеличенно сдвинул брови. — И кто же это? Тайлер?
— Неа, — Джесси довольно покачала головой. — Еще две попытки.
— Неужели Конь Педальный? — поинтересовался Айк. Ему осточертело тащить фрукт в руках и он попробовал закинуть его на плечо. Вышло весьма удобно, и за черенок можно было поддерживать.
— Какой еще конь! — Джесси, кажется, даже задохнулась от возмущения. — Он красавчик настоящий, ты что! Красавчик Смит!
— А я тогда кто? — усмехнулся Айк. — И Ульф?
— Вы мои герои, — с неожиданной серьезностью ответила Джесс. — Не дали мне замерзнуть. Ну и красавчики, конечно. Ты видел, какая у Ульфа линия челюсти! Об нее же порезаться можно. А нос? Да если его выпустить на большой экран с этим носом, по миру прокатится эпидемия инфарктов в кинотеатрах. От восторга сердечко будет прихватывать у каждого первого.