Средняя школа по планам занимала еще пять лет, и выпускник уже обладал довольно солидным запасом знаний и, что было немаловажно, некоторыми умениями. Должен был обладать: осенью Катя приступила к постройке отдельных мастерских для каждой школы, а Ксения приступила к относительно серийному выпуску небольших «учебных» станков. Всего трех типов: токарных, сверлильных и фрезерных, но выпускники школ по крайней мере пугаться станков не будут.
Отдельно была запланирована «старшая школа». Отдельно, так как в нее подразумевалось принимать лишь тех детей, кто хорошо закончил школу среднюю и (пока это оставалось лишь в качестве благих пожеланий, но Ярославна изо всех сил старалась подготовить нужные методички отбора) тех, кто способен и сам хочет в дальнейшем получить образование высшее.
Последним новведением Ярославны стал совершенно новый подход к формированию классов, которые, как и в привычном учительницам мире, разделялись «по буквам». Но если «раньше» буква означала лишь абстрактный признак определенного класса, то теперь ей обозначалось время его формирования. В «А» брали детей, кто на первое сентября достиг пятилетнего возраста (и не был умственно отсталым – хотя это требование и оказалось простой формальностью: такие, если они и были, просто до школьного возраста не доживали). В «Б» – кто достиг этого возраста после первого сентября, но до первого ноября. В «В» – успевших к первому января, а в «Г» – первоапрельских детишек. Казалось бы, что в такой системе классы «Б» будут самыми маленькими, а «А» – самыми большими – но при выборе «дат сепарации» Ярославна учла некоторую «сезонность» появления на свет младенцев, так что как раз классы «А» оказались самыми маленькими, а «Б» – наоборот, самыми большими. Впрочем, в детском саду это было совершенно не критично (с точки зрения качества обучения), а уже в среднюю школу детей переводили не только по возрасту, но и по успеванию, так что народу во всех классах оказывалось примерно поровну. Примерно по сорок человек – и пока всех удавалось обучать в одну смену. Но что будет потом – об этом не то, чтобы старались не думать, просто все были твердо уверены, что Лиза придумает. Ну, она и думала…
Глава 5
Патек остановил коня и вгляделся в расстилающуюся перед ним степь. Да, глаза его не подвели: на горизонте уже отчетливо можно было разглядеть вершину башни.
– Мы почти пришли, – сказал он, особо ни к кому не обращаясь.
– Да, но нужно ли нам идти дальше? – с сильным сомнением в голосе спросил Асар.
– Мы можем и повернуть. Только кто нас похоронит так, чтобы в будущей жизни у нас было все нужное? А там мы, по крайней мере, будем уверены, что в следующую жизнь мы придем не голые и безоружные.
– Не знаю… я вообще не понимаю, зачем им так делать? Им же не нужны воины…
– У них много лошадей. Ты видел их лошадей?
– Видел…
– Их очень непросто прокормить. И вырастить – для этого нужны сильные и храбрые мужи. Я разговаривал с ними… очень давно: они ценят тех, кто умеет хорошо ухаживать за лошадьми, и если мы будем этим заниматься, они и прокормят нас, и защитят. Главное – защитят, потому что мы уже себя не защитим. Ты слышал, что рассказывал Ханак? Из его рода осталось всего пятеро, даже если считать старую Ору. А ведь его род был самым сильным к западу от Оскола…
– Санон говорил, что они забирают детей…
– Санон – дурак. И он не может простить Аргу, которая ушла к ним чтобы ее сын не умер. Я встречался со Смордом, он не умер и единственное, что с ним они сделали, так это научили читать и писать. На их языке, но это та плата, которую они требуют за защиту: наверное, им нужно чтобы дети могли читать их священные книги.
– Зачем?
– Людям не дано понять, зачем богам что-то нужно. Зачем вообще нужны книги? Я не знаю, но Сморд говорил, что в книгах написано как делать многие вещи. Он пока не очень хорошо понимает, что в них написано, но… Если мой сын научится делать такие же арбалеты, то я согласен: пусть учится. Когда он вырастет, мы вернемся в степь и выгоним всех, кто нам мешает жить.