– Из-за этого не стоит. Но то, что снова алюминиевый завод откладывается… Вера Сергеевна говорила, что для изготовления фосфида у нее килограмм пять алюминия осталось.
– Тоже не повод рыдать. У нас же есть тайные закрома! Например, моторчик от первого катера, там алюминия кил двадцать. Есть моторы от жигуля, от пассата – их в любой момент можно заменить новыми газовыми. А если уж совсем припрет – только ты никому не говори, это секрет – из подвала Михалыча можно вытащить метров сто высоковольтного провода, который он со столбов снял – там алюминия Вере Сергеевне лет на пять хватит, если не на двадцать пять. Ты мне только вот что скажи: когда эту ГЭС планировали, про то что зимой воды в реке не будет, не знали?
– Знали. Сначала была идея у Мценска вторую ГЭС поставить, на мегаватт в пике, но потом я померила рельеф – там два метра максимум полтина встанет чтобы не затопить все нафиг… кстати, насчет дамб – это идея, я ее еще подумаю… а потом Вовка пообещал угольную станцию поставить на мегаватт, только пока у него руки не дошли. И когда дойдут – неизвестно.
– Я не пойму тогда – какого черта ты там корячишься, если завода все равно не будет?
– Будет. Я вот что подумала: народу там на реке все равно практически нет, ну, затопим лес на пару месяцев… плевать. Но за эти пару месяцев сделаем тонны три металла… ну две хотя бы. Успеет Вовка с новой станцией – продолжим работу, не успеет – остановим электролизер и все дела. А с дамбой…
– Зайди к Лизе, поговори насчет денежек. Зимой орловские крестьяне все равно большей частью лапу сосут, так может и наберешь народ на постройку дамбы. Но… а алюминиевый завод-то построить успеешь?
– Там только цех достроить надо. Мы же его четвертый год строить собираемся, все уже готово, и глинозем, и даже криолит… только провода к трансформаторам подвести и сами электролизеры собрать. У нас же даже электроды графитовые почти на год работы запасены!
– Вот и отлично. Ты все сделала правильно и результат мы все очень скоро увидим. Кстати, ты финской королевой еще не передумала устраиваться? А то и тут у тебя работы невпроворот.
– Насчет невпроворота ты это верно подметила. Север поедет в Финляндию, будет главным инженером нового рудника. А главный инженер – это покруче любого короля будет!
Глава 7
Сорок пятый год пролетел незаметно. Почти незаметно, ведь теперь учительницам не приходилось вкалывать от рассвета и до заката. Хотя бы потому, что к июню школы выпустили почти полторы тысячи человек, нахватавшихся разных знаний достаточно, чтобы хотя бы частично взять на себя изрядную часть работ, которую раньше никто, кроме «попаданок», делать не мог. Света окончательно покинула сталеплавильные заводы и с огромным удовольствием теперь снова преподавала в школе физкультуру детишкам. В первой тульской школе, а во второй уроки давала Лена, тоже получившая возможность покинуть шумную кузницу – впрочем, обе женщины продолжали «курировать» металлургические производства.
Женя Сорокина тоже перестала заниматься уже опостылевшими ей лошадьми – правда взамен ей пришлось (на некоторое время, как она сама искренне надеялась) переселиться в небольшой, но уже ставший относительно уютным город Мценск, неподалеку от которого наконец заработал алюминиевый завод. Вопреки ожиданиям, электролизеры едва выдавали тридцать килограмм алюминия в сутки – но и эта кажущаяся крошечной «доза» заметно поменяла все расклады. Главным образом, в части «внешней торговли».
Как очень ехидно заметил Михалыч, запуск алюминиевого завода «освободил наши детородные органы от римских клещей». И он был прав, по крайней мере в том, что дальнейшее развитие энергетики перестало полностью зависеть от поставок меди из Рима. То есть никто от закупок меди отказываться и не собирался, но теперь «в случае необходимости» обмотки моторов и генераторов можно было и из алюминия делать – а «необходимость» нарастала с каждым днем. Причем так быстро нарастала, что после некоторых сомнений и размышлений на всех «мобильных электростанциях» генераторы теперь ставились новые, с алюминиевыми проводами – копии первого «китайского» генератора самой первой электростанции. Правда, «мобильных»-то делалось про штуке в неделю, так что пока медь экономилась как-то не очень – но хоть что-то!
– Забавно, что независимо от того, сколько меди делают римляне, мы больше сотни тонн в год у них получить не можем, – заметила Лера, зайдя к Лизе в начале июля.