– А зачем нам в Африку-то плыть? – поинтересовалась Лиза. То есть она знала, что в Африке много интересного водится, оттуда купцы по ее просьбе даже черного дерева пару бревен привезли – Вике, скрипки там делать или еще что. Но ведь все это и у купцов заказать можно…
– Ну, во-первых, из Красного моря до Цейлона можно за пару недель с мотором доплыть. А это – не только корица, но и чай между прочим нормальный.
– Нету на Цейлоне сейчас чая. Чай в Китае водится и в Индии, – заметила Лера. – Только до ассамского чая нужно лезть в Гималаи, к истокам Брахмапутры, что мы сделать не в состоянии. А если говорить о чай китайском, то его в Китае тоже никто не пьет еще и где его искать неизвестно.
– Очень даже известно, – заметила Люда, – на острове Хайнань, который и является родиной камелии китайской.
– А камелия-то тут при чем? – удивилась Лиза.
– А это так официально чайный куст называется.
– Хайнань говоришь? – решила уточнить Лера. – Если я не путаю, то сейчас как раз середина эпохи Троецарствия в Китае, Хайнань практически ничей… население там в пределах сотни тысяч, а скорее ближе к пятидесяти… Я уточню, конечно, но ханьцы, точнее Восточное У – это так южное их царство называется – на острове сейчас вроде держат около тысячи человек войска своего… задрипанного. Если мы, скажем, туда придем и континентальных китайцев прогоним, то местные нам только спасибо скажут. Ну, я так думаю. А если не выгоним, или не скажут, то куст-то мы там найти как-нибудь сможем.
– Ага, щяз мы прям все бросим и побежим китайцев воевать и кусты искать!
– Если аккуратно все проделать… там сейчас на материке идет война всех со всеми. Под шумок можно попробовать и тутового шелкопряда заполучить, а это даст возможность продавать в Рим очень недешевенький товар…
– Лера, ты хоть иногда головой-то думай! Мы сейчас римлянам мыло тоннами продаем по четыре денария за сто грамм, сахар сотни тонн по пятнадцать за кило, а почем краски для шерсти и льна, я даже примерно представить не могу. Хватит нам и того шелка, что купцы привозят, одного рулона нашей медицине лет на десять хватит!
– Ладно, не ссорьтесь, – вмешалась в перебранку Юля, – я просто для примера сказала. Гораздо интереснее было бы подняться по Нилу до Эфиопии и там кофе поискать.
– Но на Ниле дофига порогов, там, по слухам, разве что на лодке проплыть можно, – не удержалась Лида.
– Наша онерария очень заинтересовала отдельных греков в Александрии. Один не удержался, сам прибежал…
– Не тормози, Юля, мы все внимательно слушаем.
– Во время половодья почти все пороги проходимы, причем «почти» означает что проходимы они при попутном ветре, который не всегда совпадает с намерениями купцов. Он в те края уже лет пятнадцать ходит – ну, если ему с ветром везет, оттуда возит как раз черное дерево, благовония какие-то – то есть товар жутко прибыльный. И, сказал, что если наша онерария может и против ветра идти… короче, обещал, что проведет нас куда надо. Время путешествия – с мая по середину сентября, раньше и позже да, там проплыть практически невозможно. Меня чем купец заинтересовал: он сказал, что как-то застрял в верховьях до окончания половодья, так что год почти прожил в тех краях и язык прилично изучил. Понятно, что проведет он нас не просто так…
– И сколько он хочет? – заинтересовалась Лиза.
– Не все такие корыстные как ты, – рассмеялась Юля. – Он хочет чтобы мы на своем судне привезли оттуда пять тысяч талантов груза…
– А харя у него не треснет?
– И готов заплатить по пятьсот денариев за каждый талант. Два с половиной миллиона. Копейки, конечно, но копейка рубль бережет, я думаю.
– Юля, ты только учти: у кофе всхожесть сохраняется всего недели две, максимум месяц, так что ты как зернышки получишь, сразу их в горшочки посади, – бросилась поучать «туристку» Люда.
– Зачем посадить-то? Кофе пить надо…
– Это она вспомнила мои рассказы о том, как в офисе кофейное дерево в горшке росло, – улыбнулась Лиза. – За месяц зерен на чашечку кофе созревало. Правда, очень паршивого, но все же кофе.
– Я ей помогу посадить, – Лида не смогла устоять перед перспективой съездить в Африку. Ну, или перед перспективой кофейку хлебнуть пораньше…