- Вы у меня кровью умоетесь! Поняли, да?! - заорал Рафферти, сжимая в бессильной ярости кулаки. - Я этого так не оставлю!
Гордо утер нос рукавом.
***
- Ну вот и всё, - сказала Триша, когда они въехали в Эстоль. - Спасибо, что не бросили бедную девушку в трудную минуту, выручили, поддержали. Здесь я вас, пожалуй, покину.
- Что собираешься делать? - из вежливости поинтересовался Айрел.
- Для начала найду общественную баню. Не появляться же в цивилизованном обществе в таком виде, - девушка окинула свое платье тоскливым взглядом, ощупала грязные взлохмаченные волосы, скорчила недовольную рожицу.
- Да уж, Арсия Лиммер скончалась бы от разрыва сердца, будь она сейчас на твоем месте, - безжалостно подтвердил бард.
Триша ему кисло улыбнулась.
- До свидания, Кеане, - с нажимом пропела самозванка, настойчиво глядя на салума.
- Ага, - нехотя отозвался тот. - Всего хорошего.
***
Эстоль был обычным городом: не большой и не маленький, не бедный и не богатый. Его жители очень гордились открывавшимся отсюда видом на залив, и впрямь весьма живописным, так что возле пристани несколько "местных самородков" приторговывали своими акварельками, изображавшими окрестности. Их любили покупать заезжие дамы в подарок кому-нибудь из своих дальних родственниц или приятельниц в качестве сувенира из путешествия. Больше здесь не было ничего особо интересного, если не считать таверну Эртона Фленгиля - заведение веселое, но неспокойное. Впрочем, Айрел решил остановиться в более респектабельном месте - постоялом дворе "Сушите весла", потому что покой и безопасность в данный момент ценились им куда больше увлекательного времяпровождения.
- Так, что мы делаем дальше? - бард сидел за столом в общем зале гостиницы и напряженно думал о будущем. - Надо выяснить, какие корабли сейчас стоят у пристани. Если ни один нам не подходит, то придется здесь подзадержаться, - мужчина скептически оглядел помещение. - Или же пешком отсюда валить, - добавил он мрачно.
Кеане флегматично ковырялся вилкой в тарелке, в разговоре участия практически не принимая. Айрел давно свыкся с мыслью, что тому, похоже, было глубоко безразлично, что делать, куда ехать и чего ждать от следующего дня. Барда это раздражало: вначале он надеялся, что его спутник сможет взять на себя функции Риона, то есть обеспечит решение всех бытовых проблем. В действительности же вышло так, что ему самому пришлось озаботиться этими вопросами: салум был практически бесполезен там, где дело касалось общения с другими людьми, по этому поводу не переживал и ничего менять не собирался. Музыкант горестно вздохнул. Имевшиеся у него запасы денег стремительно таяли, кошель существенно полегчал с момента побега из гильдии, а ближайшее отделение банка располагалось в Найлахе, куда певец ну никак не хотел ехать, поскольку был там слишком хорошо известен. К счастью, салум пока не требовал платы за наем, не то положение бы осложнилось еще сильнее. Хоть иди на улицы петь, в самом деле...
В зале началось какое-то оживление. Обернувшись, бард заметил, что вошел некто с лютней. Некто устроился на высоком стуле возле стойки, драматично откашлялся, привлекая к себе внимание, и вдарил по струнам. Уже на второй строчке песни Айрел испытал непреодолимое желание разбить инструмент исполнителю об голову. Отвернулся и постарался сосредоточиться на мыслях о дальнейших планах.
Вдруг на стол перед ними опустилось блюдо с жареной индейкой в печеных яблоках с черносливом. Мужчины недоуменно поглядели на неестественно радушного трактирщика - крупного лысоватого мужчину в белом чистом переднике, невесть когда успевшего подойти.
- Мы этого не заказывали, - нахмурился бард.
- Небольшой подарок от нашей гостиницы, - хозяин постоялого двора нервно потирал ладони, виновато отводя глаза в сторону.
Тут же подоспевшие официантки, улыбаясь так, словно это был счастливейший день в их жизни, торопливо, но осторожно принялись выставлять с подносов прочую снедь: миску маринованных опят, какие-то фрукты, вареного омара со свежими овощами и лимонами, закуски, напитки... Сделав неумелые книксены, девушки поспешили прочь. Трактирщик, потея и краснея, расхвалил принесенные гостям угощения, скомкано пожелал приятного аппетита, раскланялся и спешно удалился. Айрел проводил его настороженным взглядом. С нескрываемым подозрением принялся оглядывать подношения, терзаясь тревогами и сомнениями. Его же не могли узнать? Может быть, произошла какая-то ошибка? Или это такая тактика: накормить якобы бесплатными деликатесами, а потом сообщить, что клиент всё неправильно понял, и стребовать плату? Мужчины посмотрели друг на друга. Кеане пожал плечами, подцепил вилкой печеную черносливенку и задумчиво ее сжевал. Потянулся за второй. Бард же, отличавшийся большей мнительностью и осторожностью, только собрался сходить к трактирщику и выяснить причины его немотивированной щедрости, как раздался знакомый голос.