Мошенница вздохнула.
- Ты угадал, я действительно хочу выдать тебя за Кадара, - проговорила она.
- Неужели, я настолько на него похож? - Айрел закинул ногу на ногу и, облокотившись о колено, подпер подбородок ладонью.
- Ну... - девушка задумчиво склонила голову набок. - Тот тоже был белобрысенький, голубоглазый, тонкокостный. Лицо овальное, нос прямой. Кто ж знает, как бы он выглядел в твоем возрасте? Княжичу было пять лет, когда он погиб. За годы его внешность вполне могла измениться.
- Ты что, его лично видела?
- Да. Мать работала посудомойкой в одном из княжеских имений. Так что Кадар был перед моими глазами чуть ли не с рождения и до дня его якобы случайной гибели, - Триша снова пристально воззрилась на собеседника. - Расположение комнат, интерьеры, парк, слуги, члены семьи и дальние родственники, какие-то события, любимая одежда и еда - я всё это могу тебе сообщить, так что любой поверит, что ты как минимум неоднократно бывал в доме. Если же тебя спросят о чем-то, что тебе не известно, всегда можно сказать, что за давностью лет какие-то детали уже просто забылись.
- Ну ладно. Предположим. Кадар выжил и даже может это как-то доказать, - нога у Айрела затекла и он снова спрыгнул на землю. - Что дальше? Борьба за власть с действующим князем?
- Гайдор не постеснялся родного племянника устранить, чтоб занять престол - грохнуть постороннего человека ему тем более ничего не стоит. Я бы даже близко к нему подходить не стала.
- Радует, что ты отдаешь себе в этом отчет, - бард лениво привалился спиной к нагретому камню.
- Совсем другое дело - лорды наших приграничных провинций, - Триша отошла от парапета и неторопливо принялась спускать по дороге к пристани. - Гармангахис, Квадро, Ифайн... Между Кендрией и Киршем есть кусок спорных территорий, узкая болотистая полоса. Уже много лет не получается решить данный вопрос - ни та, ни другая сторона не согласна отказаться от этого клочка земли. Если бы он достался нам, то автоматически бы присоединился к восточным провинциям. Думаю, если "Кадар" пообещает...
- Я не верю, что ими правят идиоты, неспособные определить самозванца, - зевнул Айрел, направляясь следом.
- Я исхожу из того, что они сразу поймут, что никакой ты не Кадар, - невозмутимо отозвалась девушка. - Но это и не важно. Мне кажется, их устроила бы любая смута в соседнем княжестве. Какая разница, кто ее начал: законный наследник или кто-то другой? Главное подать тебя так, чтоб они поверили, будто ты серьезно настроен бороться за власть, готовишься схлестнуться с "дядей" и пойти до конца, каким бы он ни был. Я хочу внушить им, что, даже если у тебя ничего не выйдет, Кирш в результате твоей деятельности существенно ослабнет. Что у тебя уже собрана маленькая армия, согласная пойти на штурм столицы, что у тебя есть план - и мы его тебе придумаем, вот увидишь. А всё, чего тебе не хватает, это немного денег на закупку оружия или, ну я там не знаю, обеспечение людей провизией и прочие нужды.
Ниже по дороге располагались основные зоны торговли "произведениями искусства". Акварельные, масляные и карандашные картинки в дешевых рамочках лежали на разостланных тряпках или стояли, прислоненные к парапету. Триша остановилась, чтоб полюбоваться весьма удачным пейзажиком. Вопреки надеждам разом оживившегося художника пошла дальше.
- Мы же, получив деньги, естественно, ни в какой Кирш не едем, никакую войну не развязываем, - продолжила она, когда тот остался позади и не мог слышать разговор.
- Ага. Только при данном раскладе нас грохает не князь, а наши лорды, - равнодушно проговорил Айрел. - Вряд ли они придут в восторг, когда разберутся, что к чему. Какая хорошая альтернатива!
- Да, риск есть, - спокойно подтвердила девушка. - Однако, на мой взгляд, он сполна окупается той суммой, что мы могли бы выручить. В любом случае, это только наметки плана. Его еще продумывать и продумывать, оттачивать каждую деталь.
- Я тебе свою позицию уже обозначил, - бард на ходу потянулся и размял шею. - Спасибо за предложение, но я не участвую. Всё это, не спорю, весьма забавно, однако только преследования со стороны лордов мне для полного счастья не хватало. Ищи другого белобрысенького, голубоглазого и тонкокостного сообщника.
Дорога вниз становилась круче. Плавный скат перешел в ступеньки, сглаженные за десятилетия подошвами тысяч сапог, туфель и ботинок. Образовывавшие их каменные плиты некрепко сидели на своих местах и слегка покачивались под ногами.