Расстояние было небольшим, однако Айрел хотел преодолеть его как можно скорее и незаметно для себя ускорял шаг. Параноиком он никогда не был, хотя, как говорил Рион, с учетом всех покушений и угроз, стоило бы им стать. Будь администратор сейчас рядом, он бы, возможно, порадовался, что его подопечный внял совету.
Тускло горел контур двери хранилища ларцевещателя - сквозь щели между ней и косяками проникал свет лампы. Если напрячь зрение, то слева можно было угадать очертания второго домика, справа чернели прибрежные заросли, за спиной у мужчины громоздилась сцена, а еще дальше - Гальтенский холм и стены Табида.
- Айрел Керран?! Настоящий?! Давиана Владычица, неужели это правда?! - раздался незнакомый мужской голос.
Бард вздрогнул и остановился: светящийся прямоугольник двери исчез - кто-то заслонил его собой.
- Я был на сегодняшнем вашем концерте! Это было что-то! Да вы просто гений! Считайте меня своим верным поклонником!
Фигура неспешно приближалась. Айрел напряженно следил за ее перемещениями. Бледный свет луны не позволял разглядеть лицо незнакомца, что душевного комфорта певцу не добавляло. Голос у "верного поклонника" был доброжелательный и веселый, однако это еще ничего не значило. Бард глянул на вновь частично открывшийся светящийся контур, прикидывая шансы добежать до хранилища самостоятельно или дозваться находившихся в нем людей в случае чего.
- Особенно мне понравилось вот это ваше "жаворонка трель... что-то там, что-то там... догорал на заре", - человек приблизился настолько, что Айрел наконец смог рассмотреть его лицо, буквально лучащееся добротой и открытостью. На вид он был примерного того же возраста, что и певец, среднего роста, крепкого телосложения, темноволосый. Музыкант не помнил, чтоб когда-либо прежде его встречал. - О, смотрю, вы уже начали праздновать успех, - незнакомец, широко улыбаясь, указал взглядом на зажатую в руке барда бутыль.
Певец, не раздумывая, плеснул ее содержимое мужчине в глаза и, пока тот шипел от боли, уткнувшись лицом в рукав, со всех ног бросился прочь. В его мозгу вдруг соотнеслись слова загадочного посетителя о том, что где-то поблизости есть некто, желающий ему вреда и как минимум считающий себя салумом, и его же фразу про "улыбается". Уж лучше прослыть агрессивным психом в случае ошибки, чем проявить недостаточно осторожности.
- Вот ведь стервец, - усмехнулся "верный поклонник", убирая со лба мокрую челку и щуря обожженные глаза. - Кто ж знал, что он таким шустрым окажется...
Задумчиво слизнул стекавшую по губам капельку ядреного самогона, убеждаясь, что даже такая зверская бодяга была для него совершенно безвкусной.
- Ладно, догонялки с прятками я тоже люблю, - негромко проговорил он, крепко зажмуриваясь и встряхивая головой.
Распахнул глаза и несколько раз сморгнул, пытаясь остановить хлеставшие слёзы.
- В общем, кто не спрятался - я не виноват.
Айрел не умел драться: нужно беречь руки, с разбитыми костяшками несколько проблематично перебирать струны. Зато неплохо убегал. Нельзя сказать, что этот навык его особо радовал - скорее вызывал легкое чувство досады на самого себя, зато не раз выручал из всяких скользких ситуаций, могших закончится для барда весьма и весьма плачевно. Почти добравшись до хранилища ларцевещателя, он вдруг резко сменил курс и рванул в другую сторону: подумал, что там его, скорее всего, будут искать в первую очередь, а надежды на боеспособность охранников вдруг сильно понизились. Если посетитель сказал правду и они с облитым принадлежали к одной шайке, значит тот вполне мог не уступать ему в силе.
Айрел, стиснув зубы, несся к приречным зарослям. Хорошо, что ночка выдалась темная, не то бы его на этом гадском поле, открытом и просматриваемом со всех сторон, в два счета сцапали, как миленького. К тому же, у возможно преследователя в этот момент должны были быть серьезные проблемы со зрением, что также не могло не воодушевлять.