— Я же не нарочно срезала маршрут и прошла по границе запретной зоны! Тут у нас и ориентиров-то приличных нет! А он хамил мне, как мужику. И назвал «цацей!» Я ему гово…
— Стоп! Как и сколько ты умеешь говорить, я уже знаю. Батурина с Лехновой вызывают в город не пирожками угощать.
— И Ожников поехал — обещал помочь. У него друзья там.
— От наказания хочешь улизнуть?.. Ружье повесь стволами вниз. Колбы, термоса закутай в чехлы. Поторапливайся, Наташа.
Со скрежетом провернулся вал мотора. Выхлопная труба чихнула дымом, едкий запах газа заполнил кабину. Пока механик прогревал двигатель, пилоты успели разложить покупки по местам и занять свои кресла.
Наташа впервые летела с Донсковым, и ей не терпелось посмотреть его как летчика. О технике пилотирования замполита было много противоречивых пересудов. Она мягко взялась за ручки газа и управления, чтобы почувствовать ход их, чтобы через них понять руки Донскова. Тем более что замполит любил повторять: «Золотых рук у дурака быть не может. Они — внешний мозг. Мудрая природа сделала так, что руки стареют позже всех органов человеческого тела, сохраняя опыт».
Вертолет — машина строгая, капризная. Чтобы взлететь на нем, нужно потянуть рычаг «шаг-газ», передать мощь мотора на винт. Когда винт раскрутится, вертолет «шагнет» вверх. Но при раскрутке да и после нее вертолет норовит свалиться набок. Какое бы движение ни делал летчик, винтокрылая машина реагирует на него строптиво, пытается сделать все вопреки желанию человека: закрутится вокруг оси, если ее не уверенно пошлешь вперед; провалится, если захочешь побыстрее уйти в небо и переусердствуешь; она может зацепиться передними колесами при разгоне за землю или хвостовым винтом при торможении. Поэтому, поднимаясь в воздух, одним-двумя движениями, как на самолете, не обойдешься. Работают сразу обе руки и ноги. Когда пилот только обучается летать, в момент взлета он похож на дергунчика. Особенно на легких машинах Ми-1, прозванных «шилом». Тяжелые — медлительнее, зато инертнее, и сладить с ними тоже непросто.
Норовистость вертолетов Наташа испытала на себе и поэтому очень удивилась, когда, не ощутив движения ручки управления, вдруг увидела, как соседние вертолеты теряют объем, превращаясь в игрушечные; отодвигается, отталкивается упругим столбом земля, причудливо расписанная серыми зигзагами и кольцами вихрей. Несмотря на оглушительный рев мотора, взлет для Наташи прошел неслышно. Она разжала пальцы на ручке управления и отдернула ладонь от нее, как от непонятной, волшебной, при этом зацепила край юбки и сильно оголила колени. Глядя на ручку, Наташа видела, что черный, эбонитовый, рогастый от кнопок конец ручки двигается в нужные стороны, но так плавно, даже лениво, что вроде бы ее шевелили в задумчивости, а вертолет смирно, спокойно летел сам по себе.
— Класс, Владимир Максимович!
Губы Донскова чуть дрогнули в потаенной улыбке, но не от комплимента еще зеленой пилотессы, а от воспоминания, неожиданно пришедшего, когда он увидел коричнево блестящие колени девушки…
— Владимир, у меня просьба, — сказал однажды Батурин, когда сумерничали за шахматами.
— Говори, — рассеянно ответил Донсков, продумывая ход.
— Насчет Луговой…
— Заменить второго пилота хочешь?
— Да не-ет, — тянул Батурин.
— Какие же претензии или предложения, Николай Петрович?
— Скажи, пожалуйста, ей, чтоб не летала в юбке.
Донсков чуть не выронил ладью.
— Это почему же?
— Мне мешают ее колени!
— Ну, и скажи сам! — по инерции ответил Донсков, но вдруг, все поняв, сочувственно посмотрел на товарища. — Чем же они тебе мешают?
— Стыдно говорить… все время хочется до них дотронуться.
— Но это же хорошо, Коля! Значит, ты живой!
— Не дури, Владимир!
Днем позже Донсков спросил пилотессу:
— Наташа, не удобнее ли тебе летать в брючном костюме?
— Вот еще! Мужиков тут и так мильон!
— А может быть, твоему командиру не нравится.
— Да что вы? Очень сожалею!
И после разговора стала летать в более коротких юбках.
До райцентра долетели быстро. Когда сели и увидели, как с балки и разъемных створок Ми-4 тонкими ручейками стекает вода, поняли, что «пьяный медведь» толкал в хвост.
Пока Наташа принимала с облезлого, помятого вездехода почту и посылки, Донсков разыскал по телефону заместителя председателя райисполкома.