Итак, всё началось с того, что у нас с Кристофером начали прорезаться крылья, и крылья наши оказались голубого цвета.
суббота, 30 сентябряОднажды зимним утром я проснулся раньше, чем прозвенел будильник, а всё из-за режущей боли между лопатками. Нехотя поднявшись с кровати, я зажёг свет, подошёл к зеркалу, повернулся спиной и увидел там две глубокие царапины от прорезающихся крыльев. (Пришлось помазать их йодом, чтобы не допустить заражения крови, но об этом нас предупреждали в школе.) Я сразу понял, что на меня подействовала вакцина Хейзенберга. У двух парней и трёх девчонок в нашем классе уже вовсю прорезались белые крылья. Но в то утро я и не догадывался, что всё дело в моих чувствах к Кристоферу...Мы с Крисом играли в школьной команде по баскетболу. Иногда мы немного общались в раздевалке и несколько раз вместе возвращались домой после тренеровки, но я жутко стеснялся, когда тот со мной заговаривал, и наверно поэтому подружиться по-настоящему нам не удавалось. Я часто и с нескрываемым восхищением засматривался на то, как Кристофер ловит мяч - так высоко, как будто он уже научился летать... А когда он закидывал рыжий мячик в корзину, повиснув одной рукой на кольце, мне даже хотелось запечатлеть этот момент на фотографии. Парни из команды замечали, конечно, как я смотрю на Кристофера, но принимали моё восхищение за желание ровняться на нашего форварда и играть так же блестяще, как он.Самое раннее моё воспоминание о Крисе - игра в снежки в школьном дворе, классе в пятом или шестом... В тот ноябрьский день мы целой гурьбой мальчишек кидались комьями, которые слепили из выпавшего с утра первого снега. По правде сказать, снежки наши были наполовину из грязи, ведь первый снег, хоть и взбудоражил нас в тот день, но всё же лёг на землю тонкой белой простынёй, как будто небо расстелило на сон грядущий постель. Да и на ладони снежок мгновенно таял, утекая водой меж пальцев. Девчонки, помнится, с нами играть не стали, а мы с ребятами изрядно извазились в грязи в перемешку со снегом и мокрыми палыми листьями. - Да уж, здорово я изгваздался, - сказал Кристофер, подойдя ко мне и отряхивая хоть и грязную, но новенькую на вид синюю куртку. Я не ожидал, что он заговорит со мной, мы ведь не были одноклассниками, и я даже не был уверен, что знаю, как его зовут... - Ага, я тоже. - пропыхтел я себе под нос, - тебя, кажется, Кристофер зовут? Как Кристофер-Робин из "Винни-пуха"?- Угу... Но я с детства не очень люблю мягкие игрушки, поэтому я не как Кристофер-Робин... Мне нравится выращивать кристаллы и стрелять из лука, - ответил Крис. - Ого, у тебя есть лук и стрелы? Настоящие? - спрашивал я. - Ну да... Почти настоящие. А у моего папы на сто процентов настоящие. - И в кого вы стреляете? Вы на охоту ходите? На кабана? - не на шутку заинтересоваля я.- Нет, я пока только учусь, мы с папой по яблокам стреляем... -как-то смущённо ответил Крис.- По яблокам? - удивился я.- Ага, на дереве, на даче. А потом бабушка варит из них компот или печёт яблочный пирог с корицей. Надеюсь, сегодня дома бабушка, а не мама, а то мне здорово достанется из-за куртки... - А бабушка ругаться не будет?- Не-а, она мне всё постирает, высушит, и потом даже не скажет маме. У меня самая суперская бабушка на нашей планете. А у тебя?- А у меня нет ни бабушек, ни дедушек. Только мама и младшая сестра, - ответил я, немного опечалившись.Я раньше никогда не задумывался о том, что будь у меня бабушка, моя жизнь могла бы стать от этого счастливее... Но мои начавшиеся размышления о счастье и бабушках внезапно перебили: - А папа? - поинтересовался Крис. - Отец от нас ушёл, - хмуро ответил я и повернулся, чтобы пойти домой.Мне больше не нравился ход нашей беседы, и я зашагал прочь, даже не попрощавшись.- Подожди, - крикнул мне в след Кристофер, - я не хотел тебя обидеть, правда! Я остановился и подождал, пока он меня догонит. - Мир? - сказал Крис, протянув мне руку. - Я и не обиделся. Просто мне домой пора, Кристофер-Робин. - Я не Кристофер-Робин! - теперь, кажется, обиделся он. - Шучу, - примирительно сказал я, - научишь меня стрелять из лука? Крис улыбнулся. - Да, конечно, научу. Приезжай ко мне в гости, на дачу. - Летом?- Ага... Зимой на даче холодно, там нет отопления. Только старый обогреватель. - Обязательно приеду! А ты не забудешь, что звал меня?- Нет, конечно, я же не старый дед, - засмеялся Крис,- мы с тобой договорились, Тео, а я всегда держу слово, как мой папа, - и он пожал мою замёрзшую руку. Я всю зиму мечтал о том, как поеду летом на дачу к Кристоферу, и он научит меня стрелять из лука по яблокам, а потом мы вместе будем пить компот, который сварит его добрая бабушка... (И пирог, конечно, я тоже попробую. ) А в конце лета, кто знает, может быть, отец Криса возьмёт нас на охоту на кабана или на волка... Я рисовал в своём воображении, как мы с Кристофером шагаем по лесу, а за спинами у нас луки, и стрелы торчат из карманов... Весной я стал понемногу забывать о своей мечте, но когда вспоминал, то представлял всё даже подробнее и красочнее, чем зимой... Наверное, чтобы не разувериться, что всё это сбудется, обязательно сбудется, надо лишь дождаться лета... Крис больше ни разу со мной не заговаривал до старших классов. А я ни разу не напомнил ему о том обещании. Ни тогда, ни после. Мой Кристофер-Робин вырос и стал красивым парнем, настолько красивым, что при встрече я не мог отвести от него взгляд, как ни старался... Мне нравилось, как он улыбается, не широко, а одним только уголком рта, и нравилось, как он поправляет свои кудрявые тёмные волосы, падающие на лоб и прикрывающие глаза - карие, но при ярком солнечном свете охристо-жёлтые, тёплые, добрые, как огоньки церковных лампад... Я хранил в тайнике своей души океан нежности, в котором мечтал утонуть вместе с Кристофером, но я сторонился своих чувств и не признавался в них, даже самому себе. В то зимнее утро, о котором я начал рассказывать, мой тайный читатель, я не растерялся и, немного поразмыслив, пришёл к выводу, что влюбился в Мишель, ведь она была моей лучшей подругой и я питал к ней тёплые чувства привязанности... Я сразу позвонил ей, чтобы поделиться новостью, а уже на следующее утро с ней произошло то же самое! Через неделю уже вся школа знала, что у нас с Мишель режутся крылья, и все подшучивали над нами, как над парочкой влюблённых, а мы с ней и не целовались ещё ни разу...А через месяц я нашёл утром в своей постели первое голубое перо. На часах 23:55, Мишель зовёт меня спать... Завтра выходной, но мы повезём Розетту в гости к добрым людям, которые удочерили её десять лет назад. Она будет играть им на срипке. Постараюсь продолжить записки завтра или послезавтра. воскресенье, 1 октября