Мы погрузились в немое молчание, было всё равно страшно, и в горле стоял ком, который нельзя было ни проглотить, ни выплюнуть. Казалось, старик, что-то слышал, то, чего не слышал я, внутри меня всё переживало, мне тоже хотелось всё знать, но я как был в неведенье, так и оставался в нём. Незнание того, что происходит там, за вакуумом, меня больше всего волновало, как там Кристина, ранена она или борется? Я погрузился в эти переживания, стал что-то представлять, стал строить в голове мысли, но тут старик резко схватил меня за руку, впился в меня своими глаза и закричал!
– Беги парень и не оборачивайся! Беги так, как только можешь, сил не жалей, ноги молодые, далеко убежишь, главное – не оборачивайся!
Он силой вытолкнул меня из голубого шара, и я побежал куда глаза глядят. Огня уже не было, всё вокруг напоминало городскую ночь, где-то местами горел свет в окнах, фонари иногда тоже горели тусклым светом, я бежал и слышал лишь только свои шаги. Оборачиваться я боялся, в спину дул слабый ветерок, с собой он принёс запах гари и крови. Неприятный запах впился мне в нос, этот ветер не был созданием Кристины, скорей всего, наоборот, Аида была его создательницей. Тёмные, безжизненные улочки пугали своей мертвенной тишиной, я слышал только себя, слышал, как бьётся моё сердце, – значит я ещё жив, слышал, как идут мои ноги, – значит во мне есть ещё силы, чувствовал на себе холодок и тягучую пустоту – значит понимал, где я. Хотелось о чём-то думать, но ничего не лезло в голову, хотелось лишь только обернуться и посмотреть, что там? Но вспоминая слова старика, я не решался повернуться, любопытство было сильное, но здравый рассудок был сильней. Сейчас я ощущал себя совершенно одиноким и беззащитным человечком. За меня борются такие титаны, а я боюсь этих пустых улиц и фонарей, переживаю за своё состояние и отбрасываю страшные мысли в сторону. Я бежал всё дальше и дальше, мышцы не чувствовали особой усталости, всё делалось на автомате.
Как будто ко мне вернулось моё детство, на своём пути я встречал вещи, которые были мне знакомы и которые в далёком прошлом были потеряны или сломаны. К примеру, возле мусорного бака лежала моя старая машинка, это было яркое воспоминание из детства. Мне тогда было лет десять, эту машинку подарил мне отец на Новый год, ей я был безумно рад. У неё открывались все дверки, багажник и капот. Она была ярко-красного цвета и с жёлтыми полосками по бокам. Играл я с ней долго, но однажды летом я утопил её в реке, произошло это случайно, я хотел всего лишь помыть её. Помню, переживал сильно и скорбел по ней долгое время, пока Ольга Викторовна не решила, что нужно подарить мне такую же машинку. Она долго её искала, но так и не нашла похожую. Было у меня много игрушек, но все они были приходящими и уходящими, но именно эта машина осталась в моей памяти как самая дорогая игрушка. И вот теперь, через много лет она объявилась в моей жизни так же просто и непонятно, как исчезла тогда солнечным, летним днём. Подойдя поближе, я увидел небольшую машинку, одной дверки не было, жёлтые полоски по бокам были почти стёрты, она была настолько старенькой, что, казалось, я потерял её полвека назад.
Сразу во мне забурлило детство, я стал вспоминать многие события из прошлого и как-то отвлекся от того, что происходило сейчас. Машинка не была автоматической, у неё не было пульта управления, но она на моих глазах поехала в какой-то совершенно чёрный закоулок. Медленно двигаясь по камушкам, она въехала в темноту и исчезла. Сначала было слышно, как она едет, потом всё резко оборвалось и настала гробовая тишина. Она как будто звала меня за собой, меня тянуло в эту чёрную пустоту, что-то звало меня из детства, какая-та непонятная мне сила. Из этой темноты ко мне вышел мальчик, этот мальчик был вылитый я, присмотревшись повнимательней, я узнал в нём себя. На вид ему было лет десять, в руках он держал машинку, синие джинсы были измазаны зелёной краской, я вспомнил их и как я испачкался в краске, тёмная майка тоже вспомнилась мне, его взгляд был наивен и добр, он рукой манил меня к себе, показывая мне машинку и как бы хвастаясь тем, что она у него. Страшно было видеть своё прошлое именно так, настолько реальным. Мне ничего не мешало подойти к нему и обнять его, вспомнить что-то ещё, взглянуть в свои детские глаза и что-то сказать на прощанье. Тянуло безумно сильно, но ноги не шли, я стоял на одном месте и просто смотрел на самого себя. Потом мне стало как-то неприятно и некомфортно видеть такую фантастику, и я стал мотать головой влево и вправо.