Теперь я кажется начинаю понимать, почему нам нельзя любить. Мы, ангелы, сходим с ума и творим то, что творить нельзя. Но как унять эту непрекращающуюся боль? Где найти лекарство, чтобы хотя бы на небольшое время исцелить свою израненную душу? Как же мне быть?
Исландия, город Кеблавик.
Странное ощущение, как будто сил нет. Когда в последний раз я уставала? Уже и не вспомнить, нужно срочно увидеть Антона, как я чувствую, он долго не мог заснуть, всё думал о том, что с ним произошло, сейчас он вроде как находится в стадии дремоты, поэтому я могу вернуться к нему и понаблюдать за тем, как он, свернувшись калачиком, спит. Нет, не могу, сейчас я не в состоянии быть рядом с ним, ему наверняка снится какой-нибудь вещий сон, и снова я погибаю, как во всех его предыдущих снах. Мне просто некуда деться, некуда спрятаться, внутри такая жгучая тоска, такое чувство, как будто я становлюсь более человечней…
Меня то тянуло, то, наоборот, отворачивало от Антона, я хотела быть рядом, но понимала, что это принесёт мне ещё большую боль, чем сейчас я ощущаю. Приходилось скитаться по земле и в каждом новом месте притуплять свою боль. Конечно, за то, что я останавливала время, ты меня накажешь, и сил я потеряла достаточно из-за этого, но поверь мне, если бы были другие способы, как унять боль, я бы ими воспользовалась, но их, как я вижу, нет, и приходится злоупотреблять своими способностями, чтобы просто не сойти с ума. Меня теперь не прельщают зелёные поля и закат солнца, как это было раньше. Эмоции людей мне стали безразличны, новые постройки и технологии мне больше не интересны, всё затуманилось в моей голове, неужели те два ангела чувствовали ту же боль, что и я? Тогда получается, конец мой близок. А ведь один из них был моим наставником, сильнейшим ангелом. Когда я узнала о том, что ангел-воин погиб не в бою, защищая свой мир и мир людей, я испытала позор, когда узнала, как и от чего умер ангел, и вот теперь, находясь в этом положении, испытывает ли кто-нибудь позор по отношению ко мне? У меня много учеников, тех, кто считает меня сильнейшим воином, что они скажут, когда узнают о том, что их наставник умер от любви? Как же всё это неправильно, мне нельзя было влюбляться, нельзя было соглашаться на эту рискованную миссию. Сейчас, конечно, уже поздно себя корить.
Германия, город Мюнхен.
Нужно было уже возвращаться обратно в Москву, теряться в городах было бессмысленно. Я легко и беззаботно плыла среди людей, а они шли мимо меня и даже не подозревали, кто я такая. Иногда я на себе ловила жадные взгляды мужчин, это было отвратительно, потом ловила завистливый взгляд девушек – это меня ещё больше шокировало, с каждой минутой меня разочаровывал этот мир, который должен был быть всегда чем-то небесно-земным, чем-то хорошим и справедливым, вместо этого я наблюдала совершенно другую картину. Когда люди на меня так смотрели, я копировала их взгляды, и они сразу же отворачивались или пробегали мимо, прибавив в шаге. Даже маленькие дети не радовали меня ничем. Конечно, я не могу сказать, что все люди, которые встречались на моём пути, плохие или совершенно потерянные, большая часть всё равно пока ещё держит баланс, пока ещё пытается быть человечной, и как хочется, чтобы Антон внушил людям любовь друг к другу. Я видела жестокость, но не могла ничего сделать, не могу же я жить за всех людей, каждый должен сам понять свои ошибки и попытаться их исправить. Однажды я ужаснулась одной просто вопиющей картине: молодая мама при всех на улице жестоко лупила своего маленького сына, я не выдержала и остановила её. Я не сделала ей ничего плохого, просто преподнесла ей урок на всю жизнь, она почувствовала на себе всю боль, которая жила в маленьком тельце этого мальчика. За этим случаем последовал и другой, потом ещё и ещё, пока меня не остановили… Я не имела права вмешиваться в жизни даже таких людей, и за это я поплатилась. После своего наказания я больше никогда не вмешивалась в земные события. И вот сейчас, проходя мимо человека с агрессивно настроенными действиями, я прохожу мимо как ни в чём не бывало, зная, что придя домой этот человек изобьёт до полусмерти свою беременную жену.
Я корю себя ещё в том, что не рассказала Антону историю Марианны, ведь я прекрасно знала, какое у неё было детство, и повзрослев, её ждало одно разочарование и неминуемая гибель. Мне стало безумно жалко эту девочку, и я решила, что руками человека, руками Антона я смогу помочь ей. Как говорится, убила одним выстрелом двух зайцев, спасла девушку и просветила голову молодому юноше. Я всегда хотела ей помочь и в детстве как следует разобраться с её отчимом, но мне было запрещено, самое главное наказание – это лишение сил, даже такой ангел, как я, мог лишиться того, без чего жить просто было нельзя, без своей мощи… Но благодаря Антону мы помогли заблудшей душе вернуться в этот мир. Руками этого мальчика я совершила правильное деяние.