— Если вы не против, то я останусь с Роном. Утром вернусь в Хогвартс.
Дамблдор просто кивнул, давая свое разрешение и уже покидая гостиную, попрощавшись с ними, а вот Грюм высказался:
— Будете обсуждать новые преступления или сразу отправитесь на дело? — саркастично протянул он.
Гермиона еле подавила зевок.
— Пожалуй, в следующий раз. Сегодня что-то нет настроения. Но если так переживаете, то можете поспать на диване, Аластор. Заодно приготовите на всех завтрак, раз уж не доверяете готовку другим.
Рон рассмеялся, распихивая по шкафам свой скарб и те же продукты, чтобы не лазать каждый раз в сумку. Хотя она предпочла бы держать все в состоянии полной боевой готовности.
— Воздержусь.
— Зря, — Гермиона тоже улыбнулась.
Хотя гостевая спальня была совсем неудобная, и Гермиона предпочла бы переночевать на том же диване, так что уход Грюма ей был скорее выгоден. Да и закончили легкую уборку они с Роном уже за полночь, так что, как только застелили ему кровать, благо с магией это можно было сделать взмахом палочки, она попыталась стащить у него подушку, но так и упала лицом вниз на матрас, обнимая её. Не до побегов.
— Надеюсь, время опять не взбрыкнет. Слишком утомительный день, чтобы переживать его ещё раз.
— Я бы кое-что исправил, но всегда есть шанс сделать хуже, так что да, нафиг надо, — Рон тоже рухнул на постель, сразу вытягиваясь во весь рост.
Они полежали какое-то время без движения, но, несмотря на сонливость, её мозг все ещё пытался уложить кучу информации, новой и старой, в голове.
— Как ты все же подсунул чайник Розье?
Рон картинно вздохнул.
— Тебе это не понравится.
— Ты убил моих студентов. И черти чем занимался с Малфоем. Думаю, я уже достаточно впечатлена.
Он помялся ещё какое-то время, но все же продолжил:
— Перехватил их посылку из кондитерского магазина и подложил «подарок».
— Рискованно, они могли избавиться от чайника или просто его не использовать. Или что-то сказать владельцу магазина насчёт этого.
— Я полагаю, что домовик не понял, что это подлог при распаковке. Видно, решил порадовать хозяев, использовав обновку.
— Яд и его тоже?..
— Наша магия не так эффективно действует на них, но, думаю, он захирел, а после смерти хозяев совсем сник, так что младший Розье сразу от него избавился. Наверное, планировал купить помоложе или вовсе завести, так сказать, человеческую прислугу в соответствии со своими воззрениями.
Да, эта информация действительно была неприятна для неё. И сам трюк с посылкой порождал неприятные ассоциации, и вероятная гибель домовика не радовала. К тому же Рон мог и лично убить эльфа, когда пытался проникнуть в дом, а для неё придумать более мягкий вариант. Домовика, конечно, было жалко, но на общем фоне…
— Амбридж тоже ты убил?
— Через пару лет она сильно подгадила бы моему отцу на работе. Да и вообще… Но я думал только припугнуть её. Прикинулся Пожирателем, указал на её нечистокровность, даже предложил просто уволиться, уехать. А эта сука схватилась за палочку.
— Это все же был перебор. Оно того не стоило.
— Да, согласен.
*
Двадцать четвертое апреля наступило в нормальном режиме. Гермиона обняла Рона на прощание, пообещав вырваться из Хогвартса всеми правдами и неправдами, чтобы повидать его снова, и даже успела на завтрак. Замок опять гудел от свежих новостей. На Слизерине было неспокойно. Это читалось даже по поведению студентов за столом — сегодня они напоминали не живых детей, а тех самых чинных аристократов, которых обычно пытались изображать.
Конечно, Снейп поймал её ещё на выходе из Большого зала, но к ней с вопросом подошел староста, так что разговор пришлось отложить. Был будний день, поэтому они не виделись до обеда. В идеале можно было бы подождать и до ужина, чтобы не иметь жестких рамок по времени, но, возможно, ограничения для общения сейчас были даже уместнее. Уже через пять минут, как только студентов отпустили на перерыв, они стояли в её гостиной за закрытыми дверями. Гермиона сложила руки на груди, предчувствуя шторм.
— Ты что-то знаешь про арест Люциуса Малфоя? — накинулся Северус с порога.
— Все что-то знают, — она не удержалась от сарказма.
— Тебя не было сегодня ночью. Я тебя искал.
— Напомню, что нападение с его участием произошло вчера вечером, и я уж точно была в Хогвартсе в тот момент. Так что то, где я была ночью…
— Хватит недомолвок! — вспылил он.
Гермиона заставила себя надеть свою самую бесстрастную маску.
— Знаю я что-то или нет, я не могу тебе ничего рассказать. И ты в курсе, почему.
— Если ты причастна к тому, что произошло с Люциусом, это многое меняет.
— То есть я могла бы вздернуть Розье и прочих хоть собственноручно, и тебя это не особо взволновало бы, но стоило только что-то произойти с мистером Малфоем…
— Он мой друг.
— И что? Это делает его неприкасаемым? Или мне не стоит считать его своим врагом?
Снейп сузил глаза, касаясь её окклюменционного барьера.
— Его подставили, он не собирался никого убивать.
— Не собирался никого убивать? — Гермиона зло усмехнулась. — Северус, мы на войне. И он Пожиратель смерти. Стоит Лорду сказать только слово, как твой драгоценный Люциус поднимет палочку на того, на кого укажут. Или, может, дело в том, что на его возможных жертв тебе плевать также, как и на Розье?
— Возможно, — легкомысленно отмахнулся он.
Это не был её муж. И все внутри неё завязалось узлом от слишком яркого осознания неправильности происходящего, а сердце зачастило. Пальцы впились в собственные плечи, ногти царапали кожу, кажется, даже через все слои одежды. Невыносимо.
— То есть для тебя это даже не вопрос идеологии, да? Просто… приспособленчество? — примерно, как для Питера. — Есть то, что тебе важно, а все остальное — ерунда? — она внимательно изучала его лицо. — Ты встал на сторону Лорда только потому, что тебе так было удобнее. И до сих пор удобно.
Гермиона не «читала» его, просто признавала факты, которые и так знала, но предпочитала закрывать глаза, чтобы не увеличивать пропасть между своими двумя Северусами.
— Удобнее? — зашипел он в гневе. — Да какие у меня ещё были варианты?
— Невыгодные, полагаю. И без возможности повысить свою самооценку. К примеру, просто жить и работать.
— Или сбежать из Великобритании. Тоже отличная идея.
— Конечно, гораздо же интереснее присоединиться к ублюдку, проповедующему геноцид.
Зачем она оттягивала этот разговор? Да, она его заинтересовала, да, Снейп ещё не принял метку. Но поверить, что он действительно «сменил флаги» только из-за неё, было бы слишком самонадеянно. Их близость, конечно, ударила по её критичности, но Северус как был опасен для неё, других и будущего, так и остался.
— Лорд дает шанс каждому, — процедил он сквозь зубы.
— Кому, например? Магглам? Если он придет к власти, все, кто не впишется в установленные рамки, будут так или иначе уничтожены или низведены до положения домовиков.
— Ты и в будущее можешь заглянуть? Им достаточно просто подчиниться.
— То есть тоже приспособиться и жить так, как скажут?
— А профессор Дамблдор не говорит вам, как жить? Не приказывает поднимать палочку за свои идеалы?
— И ты действительно не видишь разницы в мотивации? Дело не в Дамблдоре. Я вот тоже от него не в восторге. То, за что человек готов убить и умереть, — вот, что действительно важно.
— Нет никакой твоей стороны, — неприятно протянул он, сделав вывод. — Есть только его сторона.
— Даже если так, я в любом случае не скрывала от тебя своей позиции. А ты, видимо, просто пропускал это мимо ушей. Чего ты ждал? Что все эти конфликты — это временные сложности? Думал, что если подождешь, промолчишь, то все разрешится само собой? Что ты, не знаю, сможешь привести меня в конце концов к ним? Или забрать, как трофей. Или вовсе не меня, — добавила она тише.