Мэри повернула голову и посмотрела на Понтера, который поднялся на ноги. Она сумела выдавить из себя вялую улыбку.
Понтер улыбнулся в ответ.
Он не был уродлив, вовсе нет. Но его лицо выглядело весьма необычно: как будто кто-то взял глиняную модель нормального человеческого лица и вытянул её вперёд.
– Превет, – сказал Понтер без помощи импланта.
– Привет, – ответила Мэри.
– Неудобно, – сказал Понтер.
Мэри вспомнила свою поездку в Германию. Вспомнила постоянные усилия, которые приходилось прилагать только для того, чтобы быть понятой, чтобы прочитать инструкцию к телефону-автомату, сделать заказ в ресторане, спросить дорогу. Как ужасно должен чувствовать себя Понтер – учёный, интеллектуал! – вынужденный общаться на уровне ребёнка-дошкольника.
Эмоции Понтера были очевидны: он улыбался, хмурился, вскидывал белобрысые брови, смеялся; она не видела, как он плачет, но, должно быть, он умел и это. Они ещё не накопили достаточный словарный запас для обсуждения того, какие чувства он испытывает по поводу мира, в который попал; сейчас было легче говорить о квантовой механике, чем о чувствах.
Мэри сочувственно кивнула.
– Да, – сказала она, – это очень неудобно, когда не можешь общаться.
Понтер слегка склонил голову. Возможно, понял; возможно, нет. Он оглядел гостиную Рубена, словно что-то потерял.
– В вашей комнате нет… – Он нахмурился, явно не в силах высказать идею, для которой ни у него, ни у его импланта ещё не было слов. Наконец он подошёл к одному из массивных встроенных книжных шкафов, заполненных детективами, DVD-дисками и маленькими ямайскими статуэтками. Понтер повернулся и принялся тереться спиной об угол шкафа, двигая ею из стороны в сторону.
Мэри поначалу опешила, но быстро сообразила, что происходит: Понтер использовал шкаф как чесательный столб. В голове возник образ довольного Балу из диснеевской «Книги джунглей». Она пыталась подавить улыбку. У неё самой спина чесалась довольно часто – и, подумала она, уже давно некому было ей её почесать. Если спина Понтера действительно такая волосатая, то она, должно быть, чешется регулярно. Наверное, жилые помещения в его мире оборудованы специальными приспособлениями для чесания спины.
Она задумалась, будет ли вежливо предложить почесать ему спину – и эта мысль повергла её в ступор. Она полагала, что уже никогда не захочет касаться мужчины или чтобы он её касался. В чесании спины не обязательно присутствует сексуальный подтекст, но, опять же, литература, которую дала ей Кейша, подтвердила то, что она уже знала: в изнасиловании тоже нет ничего от секса. И всё же она не знала о том, как принято вести себя мужчине и женщине друг с другом в мире Понтера; она могла серьёзно его оскорбить или…
Опомнись, женщина!
Без сомнения, она выглядела для Понтера не более привлекательно, чем он для неё. Он почесался ещё какое-то время, потом отступил от массивного шкафа. Он сделал рукой приглашающий жест, будто предлагая Мэри проделать то же самое.
Она забеспокоилась о том, что может что-то сломать или скинуть с полок, но если шкаф выдержал Понтера, то и её наверняка выдержит.
– Спасибо, – сказала Мэри. Она пересекла комнату, обошла прозрачный кофейный столик и прижала спину к углу шкафа. Потом поелозила спиной по дереву. Это и правда было приятно, хотя застёжка лифчика постоянно цеплялась за угол.
– Хорошо, да? – спросил Понтер.
Мэри улыбнулась.
– Ага.
В этот момент зазвонил телефон. Понтер посмотрел на него, Мэри тоже. Телефон не умолкал.
– Точно не для я, – сказал Понтер.
Мэри засмеялась и подошла к столу, на котором лежала трубка бирюзового цвета. Она приняла звонок.
– Дом доктора Монтего.
– Профессор Мэри Воган случайно не у вас? – спросил мужской голос.
– Э-э… я слушаю.
– Отлично! Меня зовут Санджит. Я продюсер «@discovery.ca», вечерней программы научных новостей на канале «Дискавери-Канада».
– Вау, – отреагировала Мэри. – Крутое шоу.
– Спасибо. Мы следим за этой историей с неандертальцем из Садбери. Честно говоря, мы поначалу в неё не верили, но только что пришло сообщение, что вы установили подлинность его ДНК.
– Да. У него действительно ДНК неандертальца.
– А что скажете про… про него самого? Он не подделка?
– Нет. Он вполне настоящий.
– Круто. В общем, видите ли, мы были бы счастливы увидеть вас в нашей завтрашней передаче. Каналом владеет CTV, так что мы могли бы прислать кого-нибудь из местной студии организовать телеинтервью между вами в Садбери и Джеем Инграмом, одним из ведущих, в нашей студии в Торонто.
– Хм-м, – задумалась Мэри. – Ну, почему бы и нет. Я согласна.