Поначалу «Черномор» остановился неподалеку от пирса. Первый серьезный экзамен в море: погружение и приземление на грунт. Эта операция заняла минут сорок, не больше. Продувка балласта и всплытие длится и того меньше — двадцать минут! Но и глубина пока невелика, рукой подать — пять метров.
Подводные испытания прошли гладко, за исключением нескольких мелких происшествий. И через два дня Павел Боррвикрв, командир, и его помощник, водолаз-профессионал Олег Куприков возвращаются на поверхность.
По-настоящему «сладкая жизнь» в подводной обители началась 18 июля.
В тот день в доме побывал глава Института океанологии Андрей Сергеевич Монин. Собственно говоря, по его инициативе и была создана эта глубинная обсерватория. Хотя, как говорят, «подбил» его на это Павел Каплин, сотрудник того же института, кандидат географических наук.
И снова идет под воду Боровиков. С ним Степанов. Но главный недолго задержался в подводном доме. Вскоре вместо него в «Черномор» заявились Александр Подражанский, Борис Погребисский, Георгий Стефанов.
Ответственный за испытания «Черномора» Вячеслав Ястребов дает «добро» и приказывает начать погружение. Алая рифленая палуба «Черномора» скрывается в волнах. Поздней ночью, когда бы всем спать, дом плавно касается дна…
«Черномор» обосновался на четырнадцатиметровой глубине.
— Мы пока что не стремились проникнуть на рекордные глубины и пробыть под водой как можно дольше, — рассказывает Павел Боровиков. — Главная наша задача — обеспечить абсолютную безопасность экипажа и создать максимальные удобства под водой. Ученые должны работать на дне моря так же плодотворно, как в земных лабораториях или на борту исследовательских судов. Возможность жизни под водой уже доказана. Поэтому наша цель — выяснить пригодность подводного дома для широких исследований, особенно в тех случаях, когда подобные работы с надводных кораблей малоэффективны или их вовсе невозможно проводить. Короче, цель первых экспедиций на «Черноморе» — это отработка, проверка различных методов подводных исследований, разведка поля деятельности станций на дне моря.
— Основная цель «Черномора» — это решение задач, связанных с изучением моря, физики его вод, динамики подстилающих грунтов, населяющих его животных и растений, — говорит профессор Монин. — «Черномор» позволит нам получить новые важные данные о жизни океана.
Несмотря на всю обстоятельность программы испытаний, проверка «Черномора», пожалуй, была бы неполной, если бы не суровый шестибалльный шторм.
Первые три дня море было спокойно. Но на четвертый…
И все же акванавты продолжали работать, выходили за порог своего дома. Однако видимость резко ухудшилась. На пятый день появилась сильная зыбь. Дом стало покачивать, ударять о дно. Конечно, одно дело, когда колотит о песок, и совсем другое — о подводные камни… Подталкиваемый подводными течениями и волнами, «Черномор» стал отползать от берега все дальше и дальше. Порой дом так накрывало волной, что он отрывался от земли и подпрыгивал, как испуганный воробей. Так «Черномор» продрейфовал целых семьдесят метров…
А вот что в один голос говорят Стефанов и Подражанский.
— Во время испытаний у нас не возникло к «Черномору» никаких претензий. Хоть и основательно покачивало даже на четырнадцатиметровой глубине, наш дом казался нам уютным и надежным, наблюдения за работой бортового оборудования велись круглосуточно.
И быть может, незапланированный шторм оказал нам добрую услугу, подтвердив надежность лаборатории.
Одна за другой перекатывались четырехметровые волны, резко толкая и сотрясая подводное убежище акванавтов. Временами крен дома превышал двадцать градусов. На случай экстренной эвакуации экипажа в море в сопровождении водолазного бота вышли корабли «Академик Вавилов», «Академик Обручев». Но, честно говоря, больше всех досталось команде понтонеров, снабжавших акванавтов электричеством и воздухом. Понтон, казалось, то взлетал к самому небу, то скатывался между волн, и надо было очень крепко стоять на ногах, чтобы не оказаться смытым за борт.
Эта дуэль продолжалась восемнадцать часов — пока не истек намеченный срок и Степанов, находящийся на борту понтона, не отдал команду всплывать. Едва мелькнули белые леера «Черномора», как, надвинув маски, бросились в воду Олег Куприков, Алик Амашукели и Виктор Коршунов.
Взобравшись на палубу, они помогают открыть верхний люк «Черномора»…