Профессор математики Цюрихского университета Келлер увлекся подводным плаванием лет десять назад. Он стал одним из самых опытных и отважных аквалангистов в своей стране. Вскоре его имя сделалось известным специалистам-подводникам всего мира, а затем и всей читающей публике. С опытами Келлера, столь неожиданными и необычными, с интересом знакомились люди, даже очень далекие от подводных исследований.
Усомнившись в классическом тезисе об азотном опьянении, Келлер составил газовую смесь, содержащую пять процентов кислорода и… девяносто пять процентов азота, и начал готовиться к погружению. Сколько-нибудь смыслящие в водолазном деле специалисты назвали бы это самоубийством. Однако сам экспериментатор был спокоен и верил в успех.
— Причиной глубоководного опьянения является не азот, как это принято считать, а наркотическое действие углекислого газа. Он скапливается из-за нарушения газового обмена при повышенном давлении, — заявляли Ганс Келлер и его консультант, профессор физиологии Альберт Бюльман.
Холодным ноябрьским утром 1958 года Келлер спускает на воды Цюрихского озера сколоченный из бревен плот и в обществе Альберта Бюльмана и нескольких друзей выплывает на середину озера — туда, где поглубже. Сопровождающие, за исключением Бюльмана, очень встревожены и напоследок еще раз пытаются отговорить Ганса, уверенные в печальном исходе рискованного эксперимента. Но решение Келлера твердо.
Заканчиваются последние приготовления, и Ганс Келлер скрывается под водой. Проходит минута, другая…
— Все в порядке! — доносится его голос.
Глубина погружения возрастает. Келлер по телефону переговаривается с Бюльманом, с друзьями. Говорит, что чувствует себя хорошо, жалоб нет… А вот и дно. Глубина девяносто шесть метров! Достигнув цели, Келлер отправляется в обратный путь. И через каких-нибудь тридцать минут он, живой и невредимый, уже сидит на плоту и принимает поздравления друзей.
Весь эксперимент занял меньше часа.
Однако это погружение не принесло ни славы, ни денег, столь необходимых для продолжения исследований. Келлера продолжают обвинять в шарлатанстве, отказывая в какой-либо поддержке и помощи. Еще бы! Признание Келлера, опровергающего классические каноны о причинах и сроках декомпрессии, означало бы переворот в водолазном деле. Поверить в это было трудно. И над ним только посмеивались.
Погружения Келлера невозможны в обычных аквалангах. С изменением глубины погружения варьируется и состав коктейля для дыхания, приготовляемого им самим. Система подачи газовой смеси очень сложна. Поэтому свои спуски Келлер проводит в специальном лифте, окруженный паутиной шлангов, баллонами сжатого газа и различными приборами. Из-за скудости средств под первый свой лифт Келлер приспособил… железный мусорный бак, похожий на обыкновенную бочку.
На следующий год Келлер опустился на глубину ста двадцати метров. Как и при первом погружении, он не испытывал ни малейших признаков азотного наркоза.
Свидетелями этого события стали несколько журналистов. Когда Келлер достиг дна, состоялась единственная в своем роде пресс-конференция. Келлер по телефону ответил на вопросы журналистов.
Новый эксперимент, официально подтвержденный очевидцами, наконец-то заинтересовал знатоков водолазного дела. Однако многие из них, не принимая всерьез газетные сенсации, по-прежнему относились с недоверием к опытам математика.
Летом шестидесятого года Келлера едва не постигла участь Заттерстрёма.
Когда замолк телефон, помощники Келлера не сразу поняли, что это авария. Они спохватились, когда кислород у Келлера уже был на исходе. Келлер помнит, как внезапно закололо щеки, сжало грудь. Он в страхе закричал в телефон, но ответа не последовало.
Надо всплывать!
Но быстрый подъем без всякой декомпрессии — смертельно опасен! И оставаться здесь — тоже смерть.
Он медленно плывет к поверхности, теряя сознание и усилием воли возвращая его. На глубине тридцати метров дорогу преграждают какие-то тросы, свисающие сверху. Келлер из последних сил пытается перерубить их и освободиться от пут. Вдруг один из тросов начинает двигаться вверх. Келлер судорожно вцепился в трос. В нем спасение, только бы не выпустить из рук…
Друзья с перепугу, еще не поняв, в чем дело, тянут быстрее, чем надо. Но выбора нет. Поднявшись из воды, Келлер тотчас хватается за кислородную маску и несколько минут, забыв про все на свете, жадно вдыхает газ. Он был на волосок от гибели. Однако это происшествие не сломило духа экспериментатора.