— Дрейк, вы как? — коротко спросил он, бросаясь в атаку на последнего из злоумышленников.
— Жив, — отозвался я, переворачиваясь.
Пока я вставал на ноги, Люмин весьма неплохими фехтовальными движениями настучал последнему из нападавших по рукам так, что они повисли как плети. Однако, когда тот попытался сбежать, преследовать не стал, вернулся ко мне.
Пред нами лежали три недвижимых бандитских тела и мой постанывающий кучер.
— Кажется, все живы, — проговорил Люмин, бегло осмотрев противников, — понять бы хорошо, это или плохо.
В каком-то плане я его сомнения разделял. Один с разбитой головой, а двое-то будут с совершенно неуместными ожогами. Объясняй потом, как их тут в переулке молния ударила.
— Если вы планируете звать жандармов, — протянул Люмин, — я предпочёл бы остаться неупомянутым.
— Честно говоря, и сам подумывал этого избежать, — выдохнул я и наклонился к Августу. — Ты как, говорить можешь? Что они от тебя хотели?
— Бумажник отобрали… и сказали в этот район не соваться, — отрывисто пробормотал он.
— А сам-то как?
— Заживёт, — конечно же, после этого заверения сознание он потерял.
— Люмин, а вас иных планов на остаток вечера не было? — спросил я. —Хотел вас об одолжении попросить.
— К врачу его доставить?
— Боюсь, практику открытую мы так поздно не найдём, а в отличие от нотариусов знакомых докторов у меня нет. В больнице же помощи до утра дожидаться будем. Лучше уж домой, его тётка в войну, совсем девчонкой, в госпитале ассистировала. Уж осмотреть она точно справится, а там решим.
Визуал: в переулке
13. Кучер
Люмин бегло пошарил по карманам нападавших и оказался рядом ровно в тот момент, когда я дотащил Августа до экипажа.
— Вы править умеете? — спросил я.
— Давно не практиковался, быть может, лучше вы? А я за вашим кучером пригляжу.
— К сожалению, сам я совсем с лошадьми не лажу, точнее они со мной.
— Спокойные, вроде, ваши…
— Это пока я их не трогаю. Думаю, с вами у них проблем не возникнет. Помогите-ка.
Вместе мы подняли Августа в коляску, и Люмин взобрался на козлы.
— Так, есть тут какие секреты? — полюбопытствовал он, оглядываясь.
— Вожжи, думаю, на колодку намотаны. Под сидением у вас рычажок, он колёса частично блокирует, потянуть надо… Фонари я сейчас сам зажгу.
Я спустился и аккуратно, пока Люмин был занят, запалил один из огней.
— Рычаг нашёл. Ещё чего подскажете? По коням?
— Ну, разве что Буран, правый из пары, порезвее будет, а Мыш, наоборот, чуть лентяй. От этого повороты налево хуже даются. Особенно на короткой рыси, — отозвался я, обходя экипаж.
— А говорили, сами править не можете.
— Я только в теории. Вот была бы у нас колесница… ну, как ваши волшебные самоходные столики из поэмы, без необходимости живую силу применять, я бы, наверное, такое сдюжил. Но это уж слишком фантастично звучит.
— Вовсе нет. Такое тоже возможно, — отозвался Люмин. — Просто это сильно сложнее, чем телеграф… ну, то, чем мы с вами заниматься планируем. А к самоходкам, мне кажется, этот край пока не готов.
Я зажёг второй фонарь и забрался обратно в коляску.
— Даже удивительно, как у вас технологии продвинулись. Ужели такой большой разрыв за двадцать лет тишины получился?
Люмин лишь мрачно усмехнулся и перевёл тему, уточнив, куда следует ехать.
— Из города на север, к киноварным шахтам Вэлла. Найдёте или вывести вас?
— Да, туда примерно представляю.
— Вот и отлично! Как дорога в горы пойдёт, надо будет свернуть. Я покажу.
По городу Люмин вёл размеренно и тихо, на просёлке немного ускорился. Получалось у него неплохо, достаточно плавно. Но всё же на одной из кочек Август со стоном очнулся.
— Эй, дружище, ты как? Очень плохо?
— Живой, вроде… только плывёт всё, — неуверенно ответил он.
— Потерпи, нам уж до дома недалеко.
— А это… мы едем что ль?.. И экипаж наш? А кто правит-то?
— Люмин, мой знакомый.
— Блондин в шляпе? — сообразил Август.
— К вашим услугам, — отозвался тот.
— Фуф, я уж подумал… они на коней или коляску позарились.
— Нет. Всё на месте. Даже коробка, что ты забирал, и моя трость, которую я весьма опрометчиво тут оставил.